У кареты стоял, опираясь на знаменитую на весь сыск трость с серебряным набалдашником, младший князь Дагоран, как обычно, в дорогом, представительном, темно-синем сюртуке с шелковым шарфом. Рядом с ним Рейвик с Неро, сегодня почему-то не в служебной, а охотничьей или дорожной одежде, в которой я их видела два месяца назад в лесу, когда отстала от дилижанса.
Мимо сновали горожане, глазея на экипажи и на оборотней, – это понятно. Но вот неожиданно, торопливо, даже запыхавшись подошедшая Тамара заставила беспокоиться.
Я уже приготовилась услышать от нее о какой-нибудь неприятности как минимум, а она, кивнув мне с улыбкой, пожелала легкой дороги и сказала, что за Котом присмотрит на самом высоком уровне.
Пока я растерянно хлопала глазами, Людвиг шагнул ко мне и, приобняв, повел к княжеской и наверняка удобной карете, на таких рессорах даже самое ухабистое бездорожье будет малозначительном неудобством. Подсадив меня туда, сообщил:
– У нас новое дело, придется проехаться.
Недалеко.
В этот раз на козлы запрыгнул усмехающийся Рейвик, а Неро заговорил с Тамарой. Но карета тронулась и цоканье копыт сразу четырех лошадей и грохот колес по мостовой заглушил их. Я бегло осмотрелась, смутившись от темного, странно торжествующего взгляда моего любимого некроманта. Да, это вам не дилижанс, а большой экипаж лорда, рассчитанный на длительные поездки, с широкими мягкими диванчиками, с выдвигающимися подножниками, чтобы можно было вытянуть и положить ноги.
И даже неплохо выспаться. Здесь могли бы с комфортом разместиться сразу четыре крупных пассажира, что уж говорить о нас двоих.
Диванчик так и манил растянуться – усталость и душевное опустошение последних дней давали о себе знать муторной сонливостью и вялостью."
"– Сними шляпку и перчатки, – мягко предложил Людвиг, но его голос прошелся по моим нервам приказом. Заметив мое недоумение, он добавил: – Дорога неблизкая, Мишель, будет хорошо, если ты хоть немного отдохнешь и расслабишься в пути… обопрись на спинку.
Спорить не стала, сняла перчатки и шляпку, положила рядом с ридикюлем. И едва не растеклась по диванчику, прячась за ресницами от все подмечающего взгляда оборотня. Чуть прикрыв глаза, я смотрела в окошко на утреннюю аэртскую суету. Быстро же я привыкла к столице с ее бурлящей день и ночь жизнью. Но задумалась совсем о другом.
– Что тебя тревожит? – нарушил молчание Людвиг, пристально вглядываясь мне в лицо.
