Черты лица как у коренного ританца и был тот, видимо, из бедных или разорившихся – не слишком опрятная одежда… тоже была, растоптанные сапоги, жилетка с оторванными пуговицами поверх суровой рубахи. Конечно, спустя столько лет скитаний, цвета призрака поблекли, стали серовато-белесыми, но общий вид еще хорошо различим. Надо думать, силен был мужик, о чем он не преминул сообщить:
– Чего сразу зубы точишь, девка? Могла бы и поболтать со мной, поласковее быть, ведь я могу сделать тебя богатой!"
"К незваным потусторонним личностям, являвшимся из самых неожиданных мест, я почти привыкла, поэтому, нахмурившись, проигнорировала его посулы и потребовала:
– У меня времени на пустую болтовню нет, сразу говори, чего хочешь!
Дух напрягся, прекратил болтать призрачной ногой и завис напротив меня, вглядываясь с болезненной жадностью в пылающий магией отражатель.
Я чуть напряглась, просто инстинктивно, ведь настолько старые духи не могут причинить мне вреда, поэтому даже щит активировать не стала.
– Я даже надеяться не смел, что такие как ты еще водятся! – восхищенно, с придыханием прошелестел тихий потусторонний голос страдальца. Затем неупокоеный дух отчаянно взмолился: – Прошу, освободи меня! Отпусти! Я совсем замаялся скитаться между мирами.
Мне стало любопытно, ну и выяснить надо:
– А что тебя здесь изначально удержало, любезный?
– Не помню, – лицо призрака исказилось в мучительной гримасе страдания, – меня отравили вроде бы… здесь, в этой комнате.
Было так больно… до сих пор больно. Сил нет терпеть. Отпусти ты меня, я тебя озолочу!
Я без опаски развернулась, подошла к кровати и села на краешек. Все-таки надо побеседовать, поэтому задала самый важный вопрос, но совершенно с иной подоплекой, чем думал призрак:
– Озолотишь? И каким образом?
Призрак следовал за мной как привязанный, жалкий и горемычный.
– У меня здесь схрон, – воодушевился он. Подлетел к изголовью кровати и чуть ли не наполовину нырнув в нее, горделиво и восторженно сообщил: – Золото, драгоценности, артефакты – все зде-есь, под полом.
Сверху еще и обманкой-иллюзией прикрыто, чтоб нечаянно не наткнулись.
– Золото и артефакты, говоришь? – задумалась я.
– Много, много золота. И все твое теперь! Открой мне дверь на ту сторону. Отпусти меня, – волновался все сильнее призрак.
Вспомнился один случай из маминой практики, когда я еще ребенком была.
