Позывной «Курсант» — 2

Такое ощущение, будто хотел увидеть какие-то особо выдающиеся моменты или пытался запечатлеть наши лица в своей памяти. Первая версия отдает дурью Шипко, ибо выдающегося в нас, конечно, до хрена, но все это он сто раз видел. За ночь ничего нового не выросло. Третий глаз ни у кого не открылся на лбу.

Вторая версия отдает романтическим настроением и моим потенциальным идиотизмом. Потому как подобных трогательных эмоций у Панасыча нет и быть не может. Когда мы расстанемся, а случится это только через год, мне кажется, он в ту же секунду наоборот постарается забыть детдомовцев и все, что с нами связано, как страшный сон.

Я выругался вслух от неожиданности. Ну, просто это реально выглядело очень странно. Я бы даже сказал, маниакально. А вот Панасыч продолжал изображать из себя статую. Даже не дёрнулся.

— Товарищ сержант государственной безопасности, что ж вы так пугаете?!

Я плюхнулся обратно на кровать и посмотрел на часы.

Может, побудку просрал? А сержант явился, дабы ввалить мне по первое число. Да нет. Время еще нормально. Даже с запасом. На кой черт тут трется воспитатель? Всю неделю по утрам не появлялся. Я сам будил пацанов, сам проводил физкультминутку. Вернее физкультчас. Шипко приходил уже перед завтраком. Что, блин, за новости?

А что, если… Внутри меня закопошилась и начала робко поднимать голову паранойя. Сразу же возникло подозрение, вдруг это не первый визит Панасыча в нашу спальню ночью? Звучит, конечно… отвратительно.

Я бы точно не хотел, чтоб какой-то мужик в темноте наблюдал, как я сплю. Особенно, если этот мужик носит форму сотрудника НКВД. Тут даже без всяких двузначностей и так картина хреновая.

Тем более, у меня, например, есть опасная привычка, как выяснилось. То орать, то разговаривать во сне. Еще в детском доме об этом пацаны говорили. Мол, по немецки пару раз трындел, не просыпаясь. И главное, если что, даже на родителей не спишешь.

Не скажешь, будто с ними все детство в Берлине провёл. Потому что у Реутова нет родителей. Версия про внезапное озарение и проснувшуюся гениальность тоже сразу отметается. В нее никто не поверит. Это — первое. А второе — за такую гениальность вообще могут башку отбить. Вдруг я — шпион.

Звучит, конечно, бредово. Последние до хрена лет Реутов провел в детском доме на глазах у кучи людей.