Позывной «Курсант» — 2

Сколько можно? Вполне понятно, Бекетов реально матерью Алеши был увлечен. Вон, до сих пор мужика плющит. Может, он потому и помогает? Типа, старая любовь не ржавеет. Это я еще хоть как-то понять могу. Более-менее подходящее обоснование.

Люди разные. Некоторые реально годами по первой влюблённости сохнут. А у Бекетова, похоже, до сих пор нет семьи. По крайней мере, в разговоре ничего подобного не всплывало. Хотя, с другой стороны, для старшего майора государственной безопасности момент кристальной чистоты биографии тоже немаловажен.

Где-то слышал байку, будто в советское время чиновников заставляли жениться чуть ли не по приказу. А уж на такой должности, как у Бекетова, вообще должна быть образцовая семья. Жена с хорошей родословной и дети, которые цитируют Карла Маркса с рождения. Нет, должна быть семья.

— На следующих выходных снова увидимся.

Игорь Иванович шагнул ко мне и крепко обнял. Так крепко, что у меня из груди вырвался стон. Ну, или это от радости, что наша прогулка, наконец, завершилась. Все равно толку от нее никакого.

Пока Бекетов демонстрировал наглядно свое хорошее расположение, я скромно топтался на месте. Хватать его в сыновьи объятия не очень хотелось. Поэтому сделал вид, будто засмущался. Мол, не дорос еще, чтоб вот так запросто вести себя со старшими майорами.

— Ну, все… Иди… — он, наконец, отпустил меня и даже подтолкнул в спину к Клячину, который, кстати, подходить к нам не стал. Замер истуканом неподалёку, с интересом рассматривая голые деревья.

— Замерз? — с усмешкой спросил старший лейтенант госбезопасности, когда я поравнялся с ним.

— Слов нет, насколько. Сейчас что-нибудь отвалится, честное слово.

Я поёжился. На улице еще не было морозно, но осенняя мокрая слякоть упорно пробиралась под одежду. А это еще хуже.

— Идём. Отвезу тебя, — Клячин пошел к выходу из парка и я с огромнейшим удовольствием рванул следом за ним, стараясь не отставать.

— А у Вас как дела? Все сделали? Видели Зайцева? — зубы слегка постукивали, поэтому старался говорить коротко.

Рубленными фразами.

— Видел, — Клячин равнодушно пожал плечами. — Гнида, конечно. На роже написано.

— Слушайте, а что Игорь Иванович имел в виду под распоряжением «решить проблему»?

Чекист повернулся и посмотрел на меня с каким-то странным выражением.

— Ты, Алексей, голову не забивай. Не твоя это забота. Зайцев — он такой… Мусор. Дерьмо, а не человек. Недопустимо нам сейчас подобные экземпляры в свои ряды включать. Надо еще разобраться, как он в список попал.