Сами понимаете, проверить всё это может только ваша служба, но я склонен ему верить.
– Почему? – снова спросил особист.
– Да потому, что я этого парня ещё кутёнком знал. А после того, что с ним сделали, его не стали бы вербовать. Засунули бы в лабораторию и на составные части разложили. Так что, скорее всего, всё было так, как он рассказывает.
– Да, это, пожалуй, аргумент, – подумав, кивнул особист. – А что вы знаете об этом проекте?
– Только то, что за подобные эксперименты на людях я бы этих головоногих на столбах вешал, – фыркнул Иевлев.
– Круто, – удивлённо высказался особист.
– Только не говорите мне, что вы сами не в курсе этого изуверства, – отмахнулся Иевлев.
– В общих чертах, – признался полковник.
– А я всё своими глазами видел. Скажу честно, еле удержался, чтобы этого очкастого подонка своими руками не убить, – тяжело вздохнул Иевлев.
Молча, ещё раз сняв трубку телефона штабной связи, особист набрал очередной номер и, не называясь, приказал:
– Срочно выясните, где находится профессор Лихтман, и под любым предлогом притащите его на базу спецназа… За тем, что каша заваривается непростая.
И судя по всему, этот грамотей один из главных её фигурантов. Всё, выполняйте.
Положив трубку, особист устало посмотрел на начальника базы и, вздохнув, неожиданно спросил:
– Иван Палыч. У тебя чего-нибудь крепкого не найдётся случайно? Устал, как собака.
Бросив быстрый взгляд на настенные часы, Иевлев чуть улыбнулся и, кивнув, решительно предложил:
– Давайте я сейчас со столовой свяжусь, прикажу на стол собрать.
Там и посидим. Со старых времён отдельный кабинет сохранился. Только для проверяющих и держим.
– Ну, значит, пора восстановить старую добрую традицию, – усмехнулся в ответ особист, даже не оглядываясь на сослуживцев.
Получив добро, Иевлев тут же связался с начальником столовой и, прихватив из стола бутылку водки, поднялся, привычно сунув тару за пояс форменных брюк. Заметив его манипуляции, особист улыбнулся и, одобрительно кивнув, проворчал:
– Опыт, его не пропьёшь.
– Пойдёмте, господин полковник.
Наш завстоловой настоящий волшебник. Из топора кашу сварит, – улыбнулся в ответ Иевлев.
– Святослав Михайлович. Так и зовите, Иван Палыч, – неожиданно представился особист, поднимаясь из-за стола.
– Впервые на моей памяти такое, чтобы проверяющий на близкий контакт с проверяемым пошёл, – не удержался Иевлев.
– Я же сказал, мне не ваш скальп нужен. Скажу даже больше, все те, кто сейчас по вашим службам шустрят, не более чем дымовая завеса.
