Прародитель Магии Том 4 (СИ)

— Всё так, — спокойно сказала Шанти, а потом слегка улыбнулась, смотря на воина:

— Если ты веришь в мою мечту, почему ты был так против, Анарх? Почему пошёл против меня?

— Ваша… Ваша сестра ослепила меня, о Владычица, ослепила меня призрачным светом, она свела меня с верной дороги…

— Правда? Жаль, — с лёгкой усмешкой проговорила девушка и вдруг одним движением пронзила броню воина рукой и вырвала его чёрное, маслянистое сердце. Сердце затрепетало в её руках, как покладистый зверёк, и девушка одним движением его проглотила, а потом повернулась к Артуру и спросила, смотря на него спокойными красными глазами:

— Что скажешь? Тебе нравится мой план?

— Мне нужно подумать, — незамедлительно ответил Артур, а сам готов был в любой момент убежать через трещину в пространстве.

— Ты слишком опасен. Времени не будет, — ответила девушка. Артур сразу же бросился назад, и замер. Он посмотрел на свою грудь: в неё вонзалась белая рука. Артур почувствовал нежный хват пальцев на своём сердце.

А потом они сжались, как тиски.

206. Хочешь сбежать из Сансары? А я хочу её Сжечь

206. Хочешь сбежать из Сансары? А я хочу её Сжечь

За то краткое мгновение, пока сердце Артуру сдавливала страшная сила, и пока боль, тоже очень страшная, врезалась ему в голову, зарываясь в черепушку, как кол, мужчина успел подумать удивительно много о чём. Во-первых, он понял, зачем Кровавая Императрица наврала ему про «Кровавый Замок». Как только Шанти набросилась на Артура, маг, по своей старой привычке, прикинул её силы.

Теоретически, если всех лордов Гексагона собрать вместе, они и плюс сам Артур могли бы одолеть Шанти — шанс на победу был примерно шестьдесят процентов. Смерть каждого из них убирала где-то процентов двадцать, и поэтому теперь, со смертью троих, девушка была совершенно непобедима во всём мире. А значит её безумная и мрачная амбиция с очень большой вероятностью осуществится, и миру придёт конец.

На мир Артуру, было, в общем то всё равно. Но так уж получалось, что все его родные, все, кто был ему дорог, тоже были частью этого мира. Он сам был его частью. Поэтому маг не мог позволить безумной мечте девушки осуществиться. Правда, и помешать он ей тоже сейчас никак не мог. Словно вспышками молнии, то белой, то красной, боль врезалась ему в голову. Его сердце безумно трепетало, захлёбываясь кровью, в крепкой каменной руке.