Прародитель Магии Том 4 (СИ)

— У тебя были две дороги в небеса, но твоя нерешительность, призрачные связи, карма, завели тебя в могилу… — женщина говорила предельно спокойным голосом.

— Этого уже не исправишь. Но я хочу знать… Жалеешь ли ты о своём выборе?

Кровавая Императрица задумалась. Потом улыбнулась.

Женщина в маске кивнула.

Затем она расстворилась в ярком свете.

Свет сиял всё ярче, всё гуще; свет покрыл собою весь мир. Весь мир таял, и сама Кровавая Императрица растворялась и медленно исчезала. И вот, в самый последний момент, когда от неё оставались жалкие угольки сознания…

И женщина увидела ясное и тихое голубое небо.

Кровавая Императрица протянула к нему руку.

Когда ясное пламя погасло, не осталось даже праха. Как будто женщина, Кровавая Императрица, просто исчезла — умчалась с пламенем и ветром в небеса. Её белая мантия сложилась на чёрной земле. Она казалась очень громоздкой, как будто это была не одежда, а какое-то покрывало.

Но вот из её белых разливов показался маленький паучок. Он выбежал на чёрную землю без конца и края.

Паучок замер, как будто не зная, куда ему теперь бежать. Тут его поймали нежные, белые, немного неловкие пальцы. Шанти поднесла его к своему лицо и посмотрела на него бледнеющими алыми глазами. Паучок потёр лапки. Тогда взгляд девушки опустился на Аркадию. Лицо служанки было мокрым и красным от слёз. Она старалась стоять ровно, но подрагивала, и только огромные усилия сдерживали её от совсем детского плача.

Шанти подошла к девушке, и, не обращая внимания на её взгляд, полный ненависти, усадила паучка ей на плечо.

А потом она сказала, после некоторого молчания, очень тихим голосом:

Ненависть в глазах служанки на мгновение сбавила в напряжении, девушка удивилась. А Шанти отвернулась и заговорила:

— Её так звали… Аркадия. Я себе имя не брала. Зачем? Всё равно меня съедят. Ну, я так думала. Потом меня как-то сами начали называть Шанти. А она… Она выбрала себе имя, сама. Нравилось, наверное, как оно звучит…

— Аркадия, — повторила Шанти и закинула голову, и засмотрелась в голубое небо.

Потом девушка вздохнула и уверенно пошла на Артура. Мужчина наблюдал за всем со стороны и не шевелился. Шанти взглянула на него, хотела что-то сказать, но вдруг просто усмехнулась. Сама над собой. Она прошлась назад и встала у своей сломанной косы. Жезл, на который крепилось лезвие, был разломан надвое, и коса превратилась в серп с огромным носом. Недолго думая, Шанти взялась за ту половинку жезла, которая была длиннее, без лезвия, и вооружилась им как посохом.