Прародитель Магии Том 4 (СИ)

Означает ли его собственный опыт, что люди не могут измениться? Нет, отнюдь, Артур — это частный случай. И хотя разумеется возможно, что в своё время, давным-давно, жители Эргора сбежали с пограничья Кровавой Империи и основали своё королевство, и оставили только самых жалких и убогих, самых безвольных, которые с годами выродились в ещё более низший подвид человека, который не мог ради обещанного рая даже поднять головы, — хотя всё это было возможно, Артур всё же предполагал, что и среди них найдётся кто-то, кто сможет побороть ужас.

Это был ужас древнего человека перед пламенем, которое нужно было обуздать, чтобы разогнать темнейшую ночь.

— Входи, — сказал Артур.

Медленно вошёл юноша в рваной рубахе с открытыми рукавами. Его чёрные волосы уходили в ночь. Глаза его щурились, — они тоже были как тёмные капли и будто дрожали, когда юноша двигал головой.

— Говори, — сказал Артур.

Юноша осторожно опустился на землю, а потом опустил голову. Он заговорил. Заговорил о том, что остальные не хотят, боятся верить неизвестному мужчине, но он был не таким, как они: он решился…

— Так ты пойдёшь? — спросил его Артур.

Юноша ответил, что один он пойти не сможет. Что его сердцу было тягостно оставлять всех остальных. Поэтому он попробует их убедить. У него уже были союзники. Завтра, на рассвете, он соберёт всех молодых и вместе они заставят своих родителей уступить.

— Пусть, — кивнул Артур.

А потом юноша достал из-за пазухи несколько маленьких мясных шариков и предложил их Артуру и его служанке.

Артур задержал взгляд на шариках, ненадолго, и взял их в руки едва-едва прикоснувшись к пальцу юноши. Тот немедленно вышел.

Тогда мужчина встал и оба шарика передал Аркадии. Девушка скормила их тушканчикам. Пару секунд зверьки грызли мясо, а потом заснули глубоким сном, упитанные и довольные. Девушка взглянула на Артура.

Мужчина сперва наклонил голову, а потом закатил глаза.

В столице Эргора стояла тёмная ночь. На переднем плане чернел замок, а за ним сверкало звёздное небо и луна.

На одной из башенок замка сидела огромная чёрная туша. Громадный цыплёнок сопел: его мягкие перья вздымались и опускались. На них покачивалась девушка в белой рубахе и в штанах, растопырившая руки и ноги и спящая мирным и пушистым сном.

Вдруг цыплёнок встрепенулся и приподнял клюв.

У него над головою пробежала трещинка в небе. Из неё вытянулась его «хозяйка». В руках служанка держала кипу нежно сопящих зверьков.