Правь Амбером!

Портрет Эйбера висел в самом конце, так, чтобы его не было видно с моего места во главе стола. Я нахмурился. Нет, так не пойдет.

Я позвал одного из дворецких.

– Вот этот портрет... Я не желаю его видеть.

– Я сейчас же распоряжусь, чтобы его сняли, сир.

– Нет. Занавесьте его черной тканью.

– Следует ли это понимать так, что мы в трауре по Лорду Эйберу? – недоуменно уточнил дворецкий. – Но он же, кажется, еще жив?

Тем вечером, после ужина, Фреда повернулась ко мне и сказала:

– Мне нужно поговорить с тобой.

– М-да? – Я приподнял брови и глотнул еще вина.

Мысленно же я вздохнул. Должно быть, она заметила траурное покрывало поверх гобелена с портретом Эйбера. Ну что ж, по крайней мере, она подождала до конца ужина, прежде чем поднимать этот вопрос.

– Если ты не против, конечно.

– Это касается Эйбера?

Я сделал еще глоток и взглянул на Фреду поверх кубка. Откуда-то я знал, о чем пойдет речь. Мною вдруг овладела уверенность, что Эйбер связался с ней и попросил поработать посредником между нами.

Я знал, что Фреда по-прежнему любит его. И она определенно была самым слабым звеном, позволяющим заново войти ко мне в. милость.

Да вот только я не собирался этого допускать.

Как минимум мне следовало ее выслушать. Уж на это она всегда могла рассчитывать.

– Он хотел, чтобы я поговорила с тобой о предложении Свейвилла, – сказала Фреда. – Я пообещала, что поговорю.

– Несомненно, это очень великодушное предложение. Но я ему не марионетка!

– Откажись от него, – сказала Фреда.

 – Никогда не возвращайся во Владения Хаоса. И никогда больше не доверяй Свейвиллу, Сухаю и Эйберу.

– Что?! Я думал, ты всей душой за это предложение! Возвращение в Хаос... свобода для Пеллы...

– Я знаю. – Фреда покачала головой. Лицо у нее было несчастное. – Но я думаю, что у этого предложения одна цель – отвлечь нас. Отвлечь тебя.

Я в любом случае не принял бы предложение Свейвилла, но мне хотелось знать доводы Фреды.

– У Свейвилла давняя репутация лжеца и интригана. Эйбер – мой брат, и я люблю его, но я знаю его недостатки и слабые места.

Он слишком умен, и это ему не на пользу. Теперь же он попал под влияние Свейвилла, и нам нельзя ему доверять. Слова, которые он произносит, и интриги, которые он плетет, исходят не от него. Они принадлежат Свейвиллу, а Эйбер не способен охватить его замысел целиком.

– Я... я кое-что подозреваю.

– Я тоже, – кивнув, произнес я. – Ты сказала, что цель этого предложения – отвлечь нас.

– Да.