Я терзал языком розовую кожу, а затем для нашего общего удобства закинул ее ноги на свои плечи.
– Джефри, я так близко, – всхлипнула она, ерзая подо мною, насаживаясь на мой язык снова и снова и потираясь о мое лицо. Я не смог бы описать всю ту палитру чувств, что испытывал в этот момент, таких слов просто не существовало. Могу лишь сказать, что я в любой момент мог скончаться от недостатка крови в моем теле и избытка ее внизу. Мой член болел и я чувствовал, что вот-вот могу кончить, даже не касаясь себя.
Иисусе."
"Я огладил ее талию и живот, втягивая губами клитор, и наслаждаясь каждым громким вскриком доносившимся до меня. Я полностью утопал в ее мягких бедрах, которыми она стискивала мою голову, и с трудом просунул руку между ее ног вошел в нее сразу тремя пальцами, начиная двигать ими в быстром темпе и стимулируя заветную точку внутри, одновременно прижимаясь губами к клитору.
Короткие вдохи, распахнутые искусанные губы. Ее волосы спутались, ведь она металась по спинке дивана, от ощущений поглощающих ее.
Тусклый свет освещал ее груди и живот. Еще каких-то десять секунд и ее бедра затряслись, Барбара вскрикнула, сжимая в руках мои волосы, причиняя мне одновременные боль и удовольствие. Титры закончились, и экран потемнел, погружая нас в темноту, я продолжал трахать ее пальцами и обводить языком клитор, ведь хотел растянуть ее удовольствие и перенести покалывание на все ее тело. Она изогнулась, прижимая мою голову к своей киске, мышцы ее нутра сжали мои пальцы, и с громким высоким стоном Барбара сорвалась в бездну.
Откинувшись на спинку дивана, она тяжело дышала. В зале было так темно, что я с трудом различал ее силуэт.
Я поднялся на ноги. Мой член горел огнем, одному черту известно, почему я все еще не кончил, но что-то подсказывало мне, что стоит лишь на сантиметр протолкнуться в нее, я взорвусь. Стянув с себя футболку, я вытер о нее подбородок и руки и откинул в сторону, а затем расстегнул штаны и приспустил боксеры, выпуская наружу каменный, наверняка уже фиолетовый член.
– Повернись. – Мой голос звучал непривычно низко, глаза постепенно привыкали к темноте. Я помог Барбаре развернуться и опереться руками на спинку дивана, она оттопырила задницу.
– Я так нуждалась в этом, ты представить себе не можешь, как мне не хватало твоего языка.
– Ты не представляешь, как моему языку не хватало тебя, – усмехнулся я, проводя головкой члена вдоль ее половых губ. – И не только языку.
