Правила бунта

Он снимает кроссовки, ругаясь, пытаясь сохранить равновесие, что шокирующе мило, а затем стягивает джинсы, и его нижнее белье присоединяется к сброшенной одежде. И вот, мы оба голые и тяжело дышим. Я жду, что Дэш прикажет мне встать на колени, чтобы засунуть свой член мне в рот — просто кажется, что он сделал бы это — но нет. Парень жадно разглядывает меня, и сдержанность, которую он проявлял раньше, давно исчезла. Я делаю то же самое, прикусывая губу, когда рассматриваю полную картину — широкие, сильные плечи; резные грудь и живот; четко очерченная V, тянущаяся между его ног; все шесть футов три дюйма его во всей красе.

Дэшил похож на бронзового бога.

Господи, его член… Никогда раньше не видела их вживую. Я конечно смотрела порно, но те, что видела в Интернете, были жилистыми и пугающими — чудовищные придатки, дергающиеся, как будто у них есть собственный разум. Член Дэша выглядит иначе. Он твердый. Жесткий. Головка окрашена в бледно-розовый цвет. В поле зрения нет грубых, выпирающих вен.

Его член такой толстый, что сомневаюсь, что смогу обхватить его рукой.

О боже, мне придется прикоснуться к нему.

О боже, я хочу прикоснуться к нему.

Я этого не предвидела. Но я хочу его. Так чертовски сильно хочу, что не могу ждать ни секунды.

Должно быть, он думает о том же. Я прыгаю в его объятия, в то же время парень укладывает нас на кровать. Нет времени на прелюдию. Его руки на мне, грубые и твердые, и я отвечаю тем же. Мое тело так прекрасно соответствует его.

Мы так легко подходим друг другу. Когда Дэш поднимается надо мной, мои ноги уже раздвигаются, освобождая для него место, обхватывая парня за талию, притягивая ближе. Дэшил целует меня, застонав, когда моя грудь прижимается к его груди.

— Ты принимаешь таблетки? — выдыхает он.

Дэш толкается вперед, поднимая бедра, и на долю секунды я чувствую, как головка его твердого, как камень, члена прижимается к моему входу. В следующее мгновение он внутри меня, и.

.. о боже. О, мой гребаный бог!

Боль подобна молнии.

Я напрягаюсь, руки и ноги сцеплены, тело напряжено. Дэш отстраняется, на его лице появляется измученное выражение.

— Нет, — выдыхает он.

— Скажи мне, что ты не позволила мне это сделать. Скажи, что ты не девственница, черт возьми.

Жар поднимается по моим щекам, хотя вряд ли Дэш видит мой глубокий румянец в темноте. Мне все еще больно. Парень застыл, все еще на мне, все еще внутри меня.