Правила бунта

Я весь вечер видела его мельком, отчаянно желая быть рядом с ним, так сильно желая, чтобы он поцеловал меня, но не была готова к реальности этого. К этому никогда не привыкнешь. В ту секунду, когда его губы встречаются с моими, моя кровь становится жидким пламенем. Он скользит языком по моим губам, исследуя и пробуя на вкус, такой горячий и сладкий, с оттенком ожога от виски, которое Дэшил пил ранее. И я чувствую, как растворяюсь в нем. Одной рукой он обхватывает мой затылок, другой скользит по боку, пока не останавливается на бедре.

Дэш притягивает меня к себе, так что между нами больше нет пространства, и от теплоты и твердости его груди, прижатой к моей, у меня кружится голова.

И я бы солгала, если бы давление его стояка, впивающегося в нижнюю часть моего живота, не оказало на меня определенного эффекта.

Все, что нужно — один взгляд. Один поцелуй. Одно касание. Самый маленький, самый скудный кусочек внимания Дэшила Ловетта способен сжечь меня, превратив в пепел и дым. Я хочу его. После того, как так долго отрицала эту истину, мне кажется еще более удивительным, что я могу так легко признать ее сейчас.

Его дыхание становится прерывистым, когда парень начинает блуждать рукми по моему телу. Дэш стонет, когда скользит рукой по моей груди, а затем по моим соскам, обхватывая и сжимая их. Секунду спустя он отрывает свой рот от моего, тяжело дыша, и делает шаг назад.

— Господи Иисусе. — Он выглядит ошеломленным. — Что, черт возьми, ты со мной сделала? Я никогда не был таким.

.. таким… — Он делает паузу, выдыхает, а затем берет мою руку и кладет ее себе на грудь, так что я могу чувствовать беспорядочное биение его сердца. — Со мной никогда такого не было.

— Уверен, что это не наркотики? — тихо спрашиваю я, скрывая наболевший вопрос за тихим смехом.

— Что? Боже, нет. Я чист. Я ничего не принимал и не собираюсь. Мне больше не нужно это дерьмо. Я выпил пару рюмок, но это все, клянусь.

Облегчение проникает в мои кости. Я не просила его прекратить принимать наркотики.

Если попрошу его об этом, Дэш захочет узнать, почему для меня это такая проблема, а я не могу рассказать ему, что произошло в Гроув-Хилле. Если он узнает, что я сделала с Кевином, все изменится. Дэшил больше никогда не захочет со мной разговаривать. Однако, отказавшись от наркотиков по собственной воле, он значительно облегчил мне жизнь.

Его пульс поет мне. Он совпадает с моим собственным, слишком быстрый, слишком безрассудный и слишком дикий.