Правила бунта

Мне кажется неправильным, если бы ее пинали из-за моей беспечной ошибки. Обычно я более взвешен и осторожен в проявлении любого интереса к ученицам Вульф-Холла. Но после того трюка, который она выкинула на кладбище, выглядя так разочарованно, как мой гребаный отец, мои симпатии к девушке сильно ослабели.

Может быть, небольшое лечение от Бунт-Хауса — это именно то, что нужно Кэрри. Может быть, тогда она займется своими гребаными делами и прибережет свое язвительное суждение для других людей.

Я чертовски зол, и мое настроение не улучшилось из-за странного дерьма, которое подслушал в лабиринте.

Рэн — темная лошадка. Он держит свои карты близко к груди, но обычно рассказывает мне важные вещи. А это очень важная вещь. Если он вступает в такие отношения, в которых, как я подозреваю, он участвует, то это квалифицируется как очень важные вещи. Мы дерзкие, и обычно нам наплевать, какое внимание привлекает Бунт-Хаус, но под каким вниманием мы можем оказаться, если что-то пойдет не так с маленьким экспериментом Рэна… срань господня, я даже думать об этом не хочу.

— Я задумчивый, молчаливый тип. Мне нравится неудобная пауза в разговоре гораздо больше, чем обычному чуваку, но, черт возьми, Ловетт, ты, бл*дь, скажешь хоть что-нибудь? — Пакс швыряет пустую бутылку из-под пива на стойку бара. — Ты вызываешь у меня мигрень. Я прям чувствую, как ты скулишь в своей голове.

Рэн должен был встретить нас здесь тридцать минут назад. Мы намеренно опоздали, потому что мы с Паксом знаем, что наш друг постоянно опаздывает, и все же его до сих пор нет.

Мы с Паксом друзья, в той мере, в какой Пакс может дружить с кем угодно, но без Рэна его острые края, как правило, сталкиваются с моими острыми краями, вызывая взрывоопасное трение, которое, как известно, стирает с лица земли целые поселки.

Стал бы я дружить с Паксом, если бы не было Рэна?

Да, несомненно, стал бы.

Был бы я счастлив от этого?

Это вопрос для другого дня. Сейчас я ничему не радуюсь.

— Хочешь поговорить о погоде, придурок? Хорошо. Сегодня вечером будет моросить дождь.

Завтра нас ждет штормовой ветер. Я подслушал, как один из охранников разговаривал с Харкорт о возможном наводнении…

Пакс закатывает глаза.

— Беру свои слова обратно. Заткнись на хрен. — Он жестом указывает на Паттерсона, молча прося еще пива.

Невысокий, коренастый мужчина за стойкой мрачно хмурится, ковыляя к холодильнику и доставая еще одно крафтовое пиво для Пакса. Я никогда не видел, чтобы Паттерсон улыбался. Ни разу за всю свою жизнь.