Правила бунта

Я просто забралась сюда, не задумываясь, и теперь моя рука рядом с его, и я ничего не могу с этим поделать, потому что мне некуда двигаться. У Дэша достаточно места. Справа от него примерно три фута пространства. Он мог бы подвинуться и оставить между нами некоторое пространство, чтобы мы были на удобном расстоянии друг от друга, но сделает ли тот это?

Дэш дергает подбородком в мою сторону.

— Что это такое? Шарики?

Мне требуется секунда, чтобы понять, что он говорит о висячих серьгах, которые я выбрала перед выходом на вечеринку.

Осторожно прикасаюсь к ним пальцами.

— Нет, какого черта! Это планеты — Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер, Сатурн, Уран, Нептун — драгоценные камни, выстроенные по всей длине золотой цепочки, представляют самые важные небесные тела нашей солнечной системы.

— Значит, Плутона нет?

— Плутон больше не планета.

«Господи, заткнись к чертовой матери, Кэрри. О чем, черт возьми, ты говоришь?»

Дэш, кажется, не обиделся, что я показала себя космическим ботаником. Он снова предлагает мне водку, на этот раз поставив донышко бутылки на верхнюю часть моего бедра, которое также опасно близко к соприкосновению с его ногой.

Затем поворачивает голову на сорок пять градусов и смотрит прямо на меня.

— Какое тебе дело, если мне нет дела до одноклассников? Ты ведешь себя так, будто мое безразличие — это какое-то личное оскорбление.

— Для меня это не имеет ни малейшего значения. Мне все равно. — Я делаю глоток из бутылки больше, чем намеревалась, и чуть не задыхаюсь от отвратительного привкуса алкоголя.

Все же проглотив чудовищно большой глоток, я даю себе секунду, чтобы взять себя в руки. Когда заканчиваю убеждать свои глаза не слезиться, смотрю направо, отвечая на его слишком пристальный взгляд. — Я просто не люблю грубых людей. Мне не нравятся люди, которые думают, что они лучше всех остальных. Вот как вы замешаны в этом, лорд Дэшил Ловетт Четвертый.

Парень ухмыляется в темноте, пряди волос падают на его лицо, скрывая красивые черты. Я поджимаю пальчики ног в туфлях.

Черт возьми, этого не должно было случиться. Мне не следовало приближаться к нему, а потом таять при первых признаках улыбки. Нужно держаться от него подальше. Олдермен слетел бы с катушек, если бы мог видеть меня прямо сейчас. Если бы я просто не сбилась с курса и прошла мимо него в больнице, этот безумно привлекательный срыватель трусиков не догадался бы, что я вообще существую. И это было бы безопаснее. Гораздо безопаснее, чем сейчас.