Правила обманутой жены

 — Принцесса, избавься по-быстрому от этого кайфолома! А то у меня, как на корабле, ёпта: свистать всех наверх… ну сама глянь, — он взглядом указал на одеяло, которое свечой топорщилось под его рукой.

Я только успела отпереть дверь, как она распахнулась настежь, и в прихожую ворвалась Соломоновна.

— Ты как? — она включила свет, схватила меня за плечи и начала поворачивать во все стороны, внимательно рассматривая.

— Я в порядке, Виолочка! Правда.

— Этот бандит тебе ничего не сделал?

— Да нет, все хорошо, — шёпотом ответила я.

— Что значит: лучше? Ты от него, слава богу, уходишь, или не дай бог остаешься?

— Потом об этом, — я показала глазами на дверь спальни.

— Опа! А мы вас не ждали! — Дима открыл дверь и встал на пороге, скрестив руки на груди. — Мы тут немного заняты, — он успел надеть брюки и рубашку, но по физиологическим причинам не заправил ее в брюки, а наоборот, прикрыл ею бедра.

— Это ты мне так намекаешь, что у соседей гости уже ушли и мне тоже пора? — прищурилась Соломоновна.

— Не понял: это что за наезд в моем доме? — Дима шагнул в прихожую. — Вы ищете проблемы?

— Проблема здесь только у одного человека: твоей жены. Она шлет лучи добра поцу, которому нужно слать утюг в голову. Значит так, шкильда, сейчас берешь вещи и едешь ко мне.

— А вы не много на себя берете? — Дима подошёл вплотную к ней.

Соломоновна была ниже Димы, но на голову выше меня.

— А шо тебя так удивило, шо ты кинул брови на лоб? — она пошла прямо на него.

В ней было столько мощи и решимости, что Дима невольно сделал два шага назад.

— Здесь я решаю кто, когда и куда поедет, — он сделал еще шаг назад и уперся спиной в дверь.

— Слышь ты, шлимазл, то есть, неудачник, я таких, как ты, давила, когда ты еще подсыхал на трусах у своего папы! — Соломоновна поперла на него и остановилась в полушаге.

Их разделяла только ее грудь. Дима оторопел от неожиданности и спрятал руки за спину, чтобы случайно не прикоснуться к бюсту Соломоновны.

— Слушайте, вы это, не быкуйте! — неуверенно сказал он. — Я ж вообще-то женщин не трогаю.

— Я тоже, — Соломоновна грозно нахмурилась. — Потому ты еще пока живой и даже без обрезания гуляешь по буфету. Так что лучше не заставляй меня объяснить тебе, как пройти в больницу.