Правила обманутой жены

Сначала бокс, самозащита, потом рисунки. Он показал, что внутри моего сына есть физическая сила, несмотря на увечье.

Это звучит ужасно, но Сережа поверил в себя, когда ударил Диму и спас меня. А еще он поверил в собственный талант художника. Спокойно и буднично Платон указал ему на ошибки в стиле рисунка. Фактически, он один сделал то, чего не смогли сделать врачи и я: он разбудил моего сына.

Может быть, такой невероятный терапевтический эффект проявился потому, что Платон разговаривал с Сережей, как со взрослым, очень уважительно.

Для больных людей это особенно важно. Люди обращаются с ними или с жалостью, или с пренебрежением. Их не воспринимают всерьез. Они — обуза, они — фрики, потому что не похожи на других. Никто не знает, чего от них ждать. Ничего хорошего — это точно.

Калеку можно толкнуть плечом. Он не сможет ответить. Дети в школе Сережи часто так поступают. Просто убирают его с дороги, как досадную помеху, когда на перемене куда-то бегут.

Потому что он ходит медленно и никогда не бегает. Взрослые уже умнее. Они обходят калек стороной, глядя на них или с пренебрежением, или со страхом. Кому-то просто неприятно видеть их, как живое напоминание, что такое может случиться с каждым.

Как, например, случай с сестрой известной модели Водяновой. Младшая сестра Водяновой — инвалид. Ее выгнали с террасы кафе, где она сидела с мамой. Потому что посетителям неприятно было пить кофе, глядя на нее, и думать, что и они могут быть такими же.

А кто-то рад, что рядом слабые люди, на которых можно выместить раздражение и злость. Есть, конечно, и такие, кому жалко их. И они подчёркнуто любезны и радостны, когда общаются с инвалидами.

Платон отреагировал на моего сына так, как на обычного человека. Словно не видел его изъянов. И Сережа, вечно настороженный Сережа, давно закрывшийся от всего мира, вдруг понял, что в этом самом ненавистном ему мире есть люди, которые считают его равным себе.

И не просто люди, а взрослые, состоявшиеся, художники, понимающие, что чувствует мой сын.

А что для Платона сделала я? Наорала, когда он попросил меня отказаться от поездки с Мамиконом. Он мог тоже на меня наорать. Но он ушел в кабинет и хлопнул дверью. Он не воспользовался своим положением босса. Не грохнул ладонью по столу. Не уволил меня. Он просто обиделся и ушел.