Правила обманутой жены

Ну что? Мир, дружба, жвачка? — она протянула мне руку.

— Мир, — кивнула я, пожимая узкую и прохладную ладонь.

Погода разбушевалась, как моя судьба. Снег шел густой стеной. Я едва добрела до машины и бессильно уткнулась лбом в руль. Что мне делать? Как жить дальше? Время поджимает. Нужно найти помощь до того, как мы вернемся из Венеции. Куда бросаться? К Соломоновне! Конечно! Ведь у нее теперь есть генерал. Я посмотрела на часы. Почти одиннадцать утра. Она, наверняка, на работе. Не хочется при девочках в ателье вываливать все подробности, но выхода нет.

— Шкильда, шо у тебя такой голос, как будто тебе дали пыльным мешком по голове? И где у нас случилось?

— Еще как дали, Соломоновна! — всхлипнула я. — Не знаю, как я еще жива.

— Шо ты меня пугаешь? Немедленно приезжай ко мне вместо того, шобы мне делать вырванные годы по телефону. Я сегодня дома.

— С тобой все в порядке? — забеспокоилась я.

— Та ой! Просто немножко простыла. Потому что снаружи такой зусман, то есть холод! А мне мама говорила: «Не раздвигай широко ноги, иначе простудишься».

— Да нет, я доеду тихо и спокойно. Обещаю!

— Ой, шо мне с тобой делать, шкильда? Через твое упрямство я вся в кусках и имею черную жизнь. Ехай постепенно! На цырлах. То есть, на цыпочках. Слышишь?

— Да, Виолочка, — я завела мотор.

Соломоновна ждала меня у подъезда. Едва я припарковалась во дворе, она бросилась ко мне, поцеловала и ущипнула за щеку:

— Ой, если бы ты не доехала и разбилась по дороге, я бы тебя убила! В такую метель вся заплаканная и расстроенная. И расхристанная, как босячка! Где твой шарфик? Шо это за голая шея? Посмотрите, она меня хочет убить посреди полного здоровья, эта бандитка! — Виола потащила меня в подъезд.

Дома Соломоновна сначала напоила меня чаем с медом, а потом насильно накормила бутербродами с красной икрой.

— Ешь молча, я тебе сказала! И по системе быкицер, то есть быстро. Как чувствовала: оставила в холодильнике икру и не доела. Это наследство от генерала. Он ее здесь метал.

— Что значит: наследство? — я попыталась положить бутерброд на тарелку, но Соломоновна схватила меня за руку и силой всунула бутерброд мне в рот.

— Только не говори мне, что ты с ним рассталась, Виола! Я как раз приехала просить у него помощи, — с набитым ртом промычала я.