Правила обманутой жены

— Разве кто-то может желать зла этому городу и не любить его? — удивилась Надя, хрустя лепешкой.

— А вот представь себе, что да. Даже в начале 20-го века были такие люди. Чистокровные итальянцы, интеллигенция, как ни странно. Литераторы, поэты и художники. Стремление ко всему новому и современному сделало итальянских интеллигентов начала 20-го века ярыми футуристами. То есть, людьми, которые приветствовали индустриальное будущее и ненавидели Венецию — главный символ старой, «прошлой» Италии. Самый знаменитый поэт тогдашней Италии — Филиппо Маринетти — прямо называл Венецию «гниющим городом».

А поэты и художники рангом поменьше даже выпустили особый манифест, в котором писали: «Мы хотим подготовить рождение новой Венеции — индустриальной и военной. Заполним же грязные каналы обломками разваливающихся дворцов. Сожжем гондолы и спасем Венецию от ее продажного лунного света мебелированной гостиницы…»

— Луна-то им чем не угодила? — удивилась Надя.

— Они ее люто ненавидели! — воскликнул Платон.

 — И на все лады повторяли: «Убьем лунный свет», «Будь проклята Луна!» и так далее. Для футуристов Луна была символом мечтательности, слащавого романтизма. Все эти прогулки под луной, грёзы у окна при лунном свете, которые воспевались в литературе, приводили их в ярость. «Пора с этим покончить!» — заявляли поэты-футуристы. «Наш век — это век скорости и механизмов. Это и надо воспевать. Давайте настроим зданий из бетона, стали и стекла, наполним их самыми изощренными механизмами, зальем всю землю вокруг них асфальтом. А вся эта сентиментальная дрянь — пусть катится к черту»!

— Бред какой-то! — возмутилась Надя. — Итальянский вариант советского слогана: «Мы наш, мы новый».

— Согласен, — Платон подлил в ее чашку горячего шоколада из медного кофейника. — Но тем не менее, эту войну венецианцы с трудом выиграли. И до сих пор благодарят тех, кто им помогал. Я среди них свой. Часто разыскивал шедевры для их тайной коллекции, которая на сегодняшний день вообще не имеет стоимости.

То есть, она настолько дорогая, что ее невозможно оценить. Венеция вообще исключительно и просто до неприличия богатый город. А самое главное, в силу исторически сложившихся обстоятельств в Венеции свои, отличные от европейских законы, охраняющие произведения искусства. А также регулирующие процесс продажи, покупки, наследования и передачи прав на владение. Европейцы часто злятся на венецианцев из-за этих законов.