Правила обманутой жены

Потому что музеи веками не могут выцарапать из венецианских частных коллекций то, что принадлежит им по праву. Но сделать ничего не могут. Даже Ватикан не спорит с Венецией. Просто не решается. Кстати, многие из шедевров, которые выставлены в Ватикане, принадлежат Венеции. И город просто разрешает им демонстрировать и изучать жемчужины искусства. Римский папа на приемах пользуется посудой из венецианского стекла, которую Венеция дает ему в аренду.

Надя вдруг зябко передёрнула плечами, задумчиво глядя на воду.

— Думаешь о Сергее? — Платон подвинул стул к ней поближе и обнял за плечи.

— Все время. Стараюсь отпустить, как ты сказал. Но пока получается не очень. Это так странно: я здесь, а Сереженька… — она осеклась и сама себя поправила: — Сережа, то есть, Сергей, там совсем один.

— Ты привыкнешь, — он поцеловал ее в макушку. — Пойдем в гостиницу. У тебя глаза слипаются.

Он довел Надю до номера и снова поцеловал. Она открыла дверь, задержалась на пороге, словно хотела пригласить его. А потом извиняющимся тоном сказала:

— Я очень устала.

— Конечно, — поспешно согласился он, хотя внутри все дрожало от желания.

Ему очень не хотелось уходить. Но и навязываться он не привык. Женщина сама должна решать, когда мужчине оставаться, а когда уходить. Этот принцип Платон свято соблюдал всю свою жизнь. Только воля женщины и ее желание — единственный, самый главный закон для мужчины.

Он зашел в свой номер и принял душ. А когда вышел, на экране телефона высветились шесть пропущенных звонков Антона.

— Ну что? Съездил я в твой Замудохинск и такую конфетку там откопал! — Антон закатил глаза.

— Не томи! Ну же! — нетерпеливо воскликнул Платон.

— Эээ… нет. Я тебя, сволочь, буду поджаривать на углях медленно и неторопливо. За то, что ты меня выдернул из столицы в эту коровью задницу. Я тебе видео скинул на почту. Ты должен посмотреть его. Наслаждайся! — Антон дал отбой.

Платон поспешно проверил почту, открыл видеофайл, просмотрел его и шумно выдохнул.

Она открыла ему дверь, кутаясь в пушистый, белый, гостиничный халат. Волосы скрывались под тюрбаном из полотенца.

— Не разбудил? — Платон зашел в номер.

— Нет, я только душ приняла. — Что-то случилось? У тебя такое лицо…

Он повернулся к ней и сказал:

— Я отправил в твой Загоринск частного детектива. Чтобы он выяснил, что тогда случилось.