Правила

— Ты так и не сказал, что она сделала, чтобы тебя так разозлить.

— Так не пойдет, — я покачал головой. — Мы не говорим обо мне. Мы говорим о тебе. — Я протиснулся через дверь на парковку и отступил назад, держа дверь открытой для нее.

Она переступила порог и повернулась лицом ко мне. — Вообще-то, мы не говорили обо мне, — поправила она. — Мы говорили о тебе, и ты попытался перевести тему на меня, когда я слишком заинтересовалась…

— Ты испытываешь чувство вины. Из-за Дженны, — сказал я, направившись в сторону машины.

Я вздохнул. — Я не дурак, Ариана. Я видела тебя этим утром. Если бы Рейчел была гранатой, а ты смогла бы прикрыть собой Дженну, чтобы спасти ее, ты бы так и сделала.

— Очень интересное сравнение. Рейчел — граната, — пробормотала она.

— Но тебе не за что винить себя, — я ненавидел видеть ее такой, закрытой и безразличной. Она опять стала загадочной девушкой, которую я не знал и не мог узнать, вместо той, которая смеялась над дурацкими историями и цитатами из Звездных Войн.

— Потому, что это не по настоящему, я знаю.

— Нет, — твердо сказал я. — Но тебе не за что винить себя, потому что ты ничего не отобрала у нее. У меня нет никаких чувств по отношению к Дженне. Никогда не было. В этой ситуация у меня не было права голоса? — спросил я, пытаясь подразнить ее.

— Нет, — сказала она с невеселой улыбкой.

Я вздохнул и отпер внедорожник. Ариана добралась до своей двери, прежде чем я подошел и открыл ее для нее, и послала мне вызывающий взгляд.

Я поднял руки в знак капитуляции и направился на свою сторону.

Внутри душного салона, по-прежнему, смутно пахнущего завтраком, я бросил рюкзак на заднее сидение и завел двигатель, включив кондиционер на полную мощность.

Ариана, казалось, спокойно переносила жару, спокойно сидела, уже пристегнутая ремнем безопасности, с рюкзаком у ног.

— В отличие от некоторых людей, — сказала она, так тихо, что я еле смог расслышать, — у меня нет возможности менять друзей, как перчатки.

Я протянул руку, выключить вентилятор, чтобы ее слова не терялись в его шуме, побаиваясь, что тишина может спугнуть ее.

— И прежде, чем ты что-то скажешь, я не жалею себя… — она вздохнула. — Просто, Дженна понимает меня или понимала. Она никогда не задавала лишних вопросов или не пыталась влезть в мою личную жизнь…

Я недоверчиво рассмеялся. — Итак, другими словами, вы были друзьями до тех пор, пока ее внимание было сосредоточено только на ней.

— Все было совсем не так. Она не такая, — настояла Ариана.