Право Черной Розы

Разве выдержит женой егойной? Мы уж ему и так, и эдак, мол, Колин, ты ж на кого смотришь? Тебе бы бабу сильную, крепкую…

— А он? — хмуро уточнила я, поняв, в чем проблема.

— А он уперся. Хочу ее, говорит, и все тут! Детей пусть мне нарожает. Немолод, мол, хочу быстрее сына. Да как же она ему «быстрее сына»?! Сама ж еще ребенок! Только несколько месяцев, как дитём быть перестала. — Женщина скривилась, словно хотела заплакать. — А ежели вы, ваша светлость, смилуетесь и кому молодому отдадите Далину, то пожалеет ее муж.

Мы знаем, что оборотни своих женщин не обижают. Глядишь, годика через два, как подрастет Далинка, то понесет да и родит котят вашему воину. А до того просто любить его будет. Она стараться станет, чтобы понравиться. Да, Далина?

Девочка не двигалась и, кажется, даже не дышала, глядя в пол стеклянными глазами.

— Мы, ваша светлость, люди хоть и бедные, а все ж не звери какие, — прогудел хромой глава семейства. — Далина нам не родная, конечно, а только жалко девчонку.

Ведь и года не протянет за кузнецом. Он хоть и человек, как и мы, а чисто медведь могучий. Окажите милость, ваша светлость, не бросьте сироту в беде, сосватайте за кого подходящего. Не сможем ведь мы уберечь ее сами.

— Я забираю ее, — огорошила я всех, в том числе мужа, своими словами. — Обойдется ваш кузнец. Нечего непотребством заниматься и ребенка тащить под венец. Пусть женится на взрослой сильной женщине, раз так хочет сына. А детям нужно детство. Далина, подойди ближе.

— Рози? — тихо позвал меня супруг, но я только сжала его руку.

— Далина, ты действительно хочешь замуж сейчас? — Сирота отчаянно замотала головой, и я поставила точку: — Значит, пока и не пойдешь. Я пристрою тебя к кому-нибудь в ученицы. Ты умеешь шить, будешь учиться на портниху. Кайен, ты не против? — Я повернула голову к супругу.

— Княгиня решила! — заявил в ответ на мой вопрос князь. — Далина, ты теперь подчиняешься своей госпоже, она займется твоей судьбой. Все свободны.

Дилис, пусть девчонку посадят пока где-нибудь и накормят. Не хватало еще, чтобы в ратуше дети в голодном обмороке валялись.

Семейство рассыпалось в благодарностях, заверяя меня, что их Далина свой хлеб отработает. А сама девочка как-то вся обмякла после моих слов. Вероятно, боялась до жути, что проигнорируют просьбу и придется ей идти за пятидесятилетнего кузнеца.

А мне так плохо было… Даже трясти начало.

Семейство вышло, а Кайен заметил мое состояние.