Кого-то он вытащил из трущоб, оценив смелость и ярость в бою вчерашнего задиры и хулигана, кого-то натаскивал сам, не жалея сил и времени. Бо́льшая часть была предана ему лично, от того и скрежетали зубами от необходимости подчиниться вышестоящим приказам.
Только у Ронарда не дрогнул ни один мускул на лице. В случае чего, он был готов прорываться и через собственных бывших подчиненных.
— Указом его императорского величества… — начал было форинг, но сплюнул и с горечью поморщился.
— Живым или мертвым, Хольстин? — подбодрил его, цинично усмехнувшись, Ронард.
— Вас — живым, разумеется. В любом состоянии. Но прежде император сказал передать Вам это."
"Форинг полез за пазуху и вручил что-то мелкое его светлости. Отступил, так же демонстративно выказывая нежелание нападать. Я вопросительно посмотрела на Ронарда, но он всецело отдал внимание вещице.
— Ваша светлость, — неожиданно твердо произнес нынешний глава отдела. — Больше половины сотрудников отдела контроля — боевые маги. Это большая сила. И они все за Вас.
В имперских войсках Вас уважают не меньше. В высшем магическом Совете тоже не все однозначно… Грядет война и стране нужна твердая рука, ваша светлость. Мы… Я лично готов идти за Вами.
Среди суровых рядов боевиков прокатился одобрительный тихий гул. Шентия все же оторвался от созерцания врученной ему вещицы, зажал ее в кулаке и оглядел людей, готовых ради него на все.
— То, что Вы предлагаете, форинг, — это государственный переворот, — сухо ответил он. — Аландес — законный император и единственный наследник рес Данлавин.
Считайте, я этого не слышал. Делайте свою работу. Только пусть сначала уйдет Ардинаэль. После я подчинюсь приказу императора.
И Ронард внезапно убрал меч. Что?!.. Почему? Ту мелочь, что оставалась в кулаке, надел на мизинец, и то кольцо ниже второй фаланги не село. Очень маленькое, женское, с прозрачным зеленым камнем. И с затейливой золотой вязью по сторонам от камня: буквы «Р» и «Ш».
— Боюсь, ваша светлость, госпоже Рен тоже просили кое-что передать.
Мне форинг протянул продолговатый узкий сверток. Я развернула грубо выделанную кожу.
Нож. Что за нож, почему мне? А, нет, погодите… Я такие уже видела. Когда тонкие перья фургла сплавляют воедино, остается этот характерный узор на лезвии. Это же унвартскийкнив… Рукоять самая простая, грубо отесанная. Уже понимая задним умом, что это может означать, с замиранием сердца перевернула нож. С другой стороны рукояти были неумело выцарапаны инициалы: «А.Э.4».
