За столом перед экраном ноутбука сидит Леденев в строгом костюме. Скользит по мне небрежным взглядом и хмурится.
— Добрый день, Александр Михайлович, — усмехаюсь я, мы так и не познакомились лично. — Можно?
— Добрый. Проходите, — устало выдыхает он. — Вы по какому вопросу?
— По личному.
— Ко мне? — удивленно уточняет директор.
— Именно к вам.
Присаживаюсь и кладу на стол портфель с документами. У меня там нет ничего, что могло бы помочь делу, но все же выглядит солиднее. Имитация бурной деятельности и сразу настраивает на нужный лад.
— Интересно, — хмыкает Леденев, откидывается на спинку кресла и складывает руки на груди. — Заинтриговали.
— Ничего, на самом деле, интересного, — равнодушно пожимаю плечами. — Рутина.
— И все же.
— На днях в интернете появилось видео с одной из ваших учительниц, — захожу издалека, чтобы прощупать почву.
Не знаю, на чьей стороне этот персонаж. Точнее, больше чем уверен, что его уже обработал Илья. Но чем? Деньги? Не похоже, чтобы он сильно нуждался. Власть? Да тоже мимо.
— Постойте, вы журналист? — хмурится Леденев и решительно поднимается на ноги. — Нам не о чем говорить. Комментариев по ситуации я не даю.
— Да господи упаси, — примирительно поднимаю ладони и усмехаюсь. — Я адвокат. Елены Борисовны Романовской.
— Вот как. — Бровь директора удивленно изгибается. — Еще интереснее.
— Александр, у меня нет ни времени, ни желания ходить вокруг да около. Давайте начистоту? Тем более я с неофициальным визитом.
— Конечно, — едва заметно усмехается директор.
"
"Да и правда, что-то я задолбался сегодня. Хочется уже домой. Расслабиться, разгрузить мозг, а потом основательно подумать, как все вывернуть в суде. Но время поджимает, мне нужна информация. Срочно. Поэтому приходится рисковать и работать грубо.
— Почему вы уволили Елену?
— Она сама решила уволиться, — неопределенно пожимает плечами, но заметно напрягается.
— Официально да, но это же вы настояли?
Я знаю, как дело было. Но мне нужна его версия.
— Нет, я всего лишь объяснил, что в противном случае уволю по статье, — говорит уверенно, без толики сомнения.
Похоже, не врет.
— На каком основании?
— Послушайте, я сделал все, что было в моих силах, чтобы смягчить удар, — не оправдывается, а огрызается.
Интересно. Подозрительно прищуриваюсь и молчу, рассматривая его и улавливая мельчайшие детали. Не похож он на подлеца. По крайней мере, моя интуиция так его не идентифицирует.
— Спрошу прямо, — секунду сомневаюсь и все же решаюсь.
