— Заочно, — хмыкаю и, чуть прищурившись, продолжаю его рассматривать.
— Интересно.
Никак не могу понять, неужели ему баб мало. Как можно даже думать о малолетках? Они ж дети. У нормального мужика и не встанет даже. Хотя любой нормальный не упустил бы такую шикарную женщину, как Елена.
Негромкий стук прерывает нашу беседу. В кабинке появляется официантка.
— Что-то закажете? — робко спрашивает у нас.
— Кофе черный, — киваю ей.
— И мне такой же, — в тон отвечает Илья.
Девушка поспешно удаляется.
— Так зачем вы хотели встретиться? — Он пытается сохранять невозмутимость, но выдает себя каждым жестом.
— Наслышан о ваших проблемах.
Благодаря Молотову, я единственный шанс Ильи выйти из ситуации с кредиторами без потерь, и он, конечно же, об этом знает. Но все еще пытается держать лицо, а не валяться в ногах. Очень занятно.
— И решили побыть феей-крестной? — хмыкает Илья и нервно поправляет волосы.
Нам приносят кофе. Он берет чашку и едва не опрокидывает на себя. Слежу за ним и усмехаюсь. Трус и ничтожество.
Как Елену угораздило связаться с ним? Просто повезло, что она ушла чуть раньше, чем его взяли за яйца кредиторы. Не удивлюсь, если ситуация могла бы быть и более плачевной для нее.
— Увы, нет, все более прозаично, —делаю глоток из своей чашки и аккуратно приземляю ее на блюдце. — Я хочу предложить вам сделку.
— Как интересно. И чего же вы хотите?
Смотрю на него, словно раздумывая, не отказаться ли от этой затеи. Илья сначала держится неплохо, а потом начинает ерзать, как школьник перед учителем.
Приземлился, наконец, с небес на землю. Добившись нужного эффекта, достаю документы и передаю ему. Теперь я единолично владею ситуацией.
— Взгляните.
— Что это? — Илья хмурится и поднимает на меня немного ошарашенные глаза.
— Мировое соглашение, — криво усмехаюсь.
— Но как?
В его взгляде паника и непонимание, а у меня внутри все ликует. Как же ловко я его умыл. Дальше есть два пути, но выбираю менее опасный для Елены. Лучше не афишировать наши отношения, иначе это можно использовать против нас в суде.
— Моя клиентка готова компенсировать вам все расходы, в том числе и оплатить ваши долги, если на суде будет подписано это мировое соглашение.
— Но это же грабеж! — возмущенно восклицает Илья.
— Правда? — вопросительно изгибаю бровь. — А с точки зрения закона все честно.
Он тяжело дышит. Глаза мечутся по строчкам, а губы искривляет злобный оскал.
— Если я не подпишу?
— Лишишься всего, — хмыкаю я, уничижительно переходя на «ты».
