Право на счастье (СИ)

Харан, поначалу крутившийся у ее ног, вскоре вырвался вперед и убежал, и девушка ускорила шаг, стремясь скорее пройти темный участок дороги.

Каблучки черных туфель глухо стучали по каменным плитам, и почему-то этот звук пугал, несмотря на то что два неизменных охранника шли следом. Внезапно на пути Катарины появилась темная фигура, в черном, столь же недорогом, как и у нее плаще.

Девушка испуганно вскрикнула, прижав руки к груди, но уже в следующее мгновение с облегчением выдохнула.

— Ян, вы напугали меня, — Кати гневно посмотрела на мужчину, пытаясь понять, кажется ей, или Хассиян немного ниже ростом стал, — в любом случае, я прошу вас сегодня оставить меня в покое.

Реакцией на ее слова было угрожающее молчание. Катарина невозмутимо пожала плечами и попыталась обойти свое негаданное препятствие.

Все так же молча, мужчина вновь преградил дорогу, и едва она попыталась снова обойти его, повторил маневр.

— Что происходит? — возмутилась разгневанная девушка. — Вы забыли о своем обещании? У меня сегодня был сложный день, прошу вас, позвольте мне вернуться домой!

Мужчина в ответ неопределенно хмыкнул, а в следующее мгновение, схватив ее за плечо, потащил в неосвещенный переулок. Ошарашенная подобной наглостью, Катарина вцепилась в его руку, стремясь разжать пальцы и… замерла. Она знала эти руки! Эти пальцы, которые могли быть нежными и жестокими, и эти мускулы, которые казались твердыми подобно камню…

— Ранаверн… — прошептала испуганная девушка.

— Охранников не убивать, они подтвердят, что это был император!

Кати не видела тех, кто выполнил повеление хозяина, но в том что их было больше чем ее охранников, уже не сомневалась.

А князь крепко обнял девушку, словно пытался вжать в себя…

— Катарина, — этот полный отчаяния стон, казалось, отразился от стен тихим «Кати», — Катарина, ты же моя жена! Моя, Катарина, перед богом и людьми! Ты давала мне клятвы верности, ты обещала всегда быть рядом… Почему ты не вернулась? Почему не отошла от лагеря, я мог бы спасти тебя? Почему, Кати?

— Я думала о возвращении, — прошептала Катарина.