Они и прежде не были особо близки, а с момента поступления наследника в Ровельхейм, отношения порядком подпортились. По просьбе Нердеса Ронард приглядывал в Академии за распущенным нахалом, но здесь, во дворце, — увольте. И без дяди есть кому с наследником нянчиться."
"Причина натянутости ясна. Заносчивый Аландес не стерпел, когда ему по носу щелкнули. Ронард словно видел его глазами: как это так, родной дядюшка пошел против, притащил таки обратно безродную «пустышку» из той дыры, куда она забилась после отчисления, вернул в Академию.
Чуть Академию после не разнесла, и что? Только еще больше носиться с ней стал. Его, боевого мага и будущего императора задвинул в сторону, а ее начал обучать лично. А, ты, наследник, давай, становись на одну ступеньку с прочими… Все нехитрые обиды Аландеса Ронард прекрасно считывал. Повзрослеет еще. А пока: мимо ушей его подростковый сарказм и насмешки.
— Ты должен был присутствовать на дневной охоте, Аландес; это был важный выезд. Твой отец был недоволен твоим отсутствием.
— Голова разболелась, дорогой дядюшка, — кисло ответил тот. — Впрочем, с такими гостями это немудрено.
— Был хороший шанс поближе узнать наследного шахина. И кто знает, может, среди этих унвартов есть будущий астарх. Учись дипломатии у своего отца, в будущем тебе придется иметь дело с этими людьми. Хотя мне ли тебе об этом напоминать…
— Именно, дядюшка, не тебе. Зато ты, смотрю, с гостями ближе некуда, — неожиданно злобно произнес Аландес. — У меня ведь, дядя Ронард, тоже глаза и уши во дворце есть.
Так Нит-Истр облагодетельствовать — не верю, что это отца идея… И как, сработало? Этой ночью оприходовал наконец? А то что-то сиротка не особо счастлива, как я заметил…
Ронард ударил наотмашь и Аландес моментально побагровел, но не от звонкой нежданной оплеухи, а снедаемый злобой. Он был ниже на полголовы, но сейчас смотрел на дядю свысока, с ненавистью. Процедил сквозь зубы:
— Это был последний раз, дядя. Я — будущий император, не забывай… А ты — никто, бастард, пригретый братом.
Предупреждаю, лучше бы Нит-Истр держаться от дворца подальше. А если ты настолько обезумел от нее, что посмеешь… если даже мысль допустишь: ввести ее в семью… ты пожалеешь. Клянусь. Gudene er mine vitner!
Сакральная клятва окутала мерцающей дымкой принца. Щенок, с раздражением подумал Ронард. Раскидывается клятвами, словно обычными словами. Хорош же будет император, злопамятный, с таким-то уязвленным самолюбием. Похоже, без новой стычки с Ардиной не обошлось.
