Так вот ему зачем понадобился этот фонд… А ведь все принимают эту тварь за человека! Данстор вскочил, не желая находиться рядом с чудовищем.
— Вы паразит! — выплюнул он с отвращением.
Но мэтр Воракис, казалось, вовсе не обиделся на оскорбление.
— Как и Вы, друг мой, — широко улыбнулся мужчина. — Как и Вы.
11.1. Вторая попытка в артефакторике
Проснулась я от того, что шерстяной манс яростно терся всей тушкой о мои волосы, раскиданные по подушке. Результат был закономерен — воздух аж искрился от трения, покалывая.
Греттена я сгребла в охапку, засунув под одеяло, и собралась было досмотреть легкий и светлый сон. Манс негодующе заворчал, пинаясь, и выкарабкался, короткий приступ внезапной любви закончился. Зато искорки вокруг него никуда не делись.
Так и уселся с недовольным видом на груди, мол, забирай свое добро, чего смотришь. Я провела рукой по гладкой шерстке, собирая частицы магии света. Не удержавшись, чмокнула чудище в мокрый нос, вовремя увернувшись от клацнувших зубов. Вот же противоречивый зверек!
Мекса правильно назвала его проводником, это я неверно слово истолковала.
Никакой он не путеводец, он проводник магии! От выспренних сфер до недогадливой хозяйки. Чудище, милое, да я теперь сама тебя с ложечки кормить буду! Вот сейчас и займусь! Да и дядюшек пора приструнить, а то после вчерашних ресторанных деликатесов сама на капусту взвою!
В столовую я влетела на крыльях и плюхнулась рядом с друзьями, Хельме едва успел подскочить и ловко подвинуть за мной стул. Ничего им не сказала, только сделала большие загадочные глаза и предовольная протянула им ладонь — белой сияющей магии уже набралось с крупный орех.
Эти двое загадочно переглянулись и разделили мою радость.
— И это все он! — прижала я к себе мохнатую тушку. Греттен презрительно фыркнул и требовательно стукнул лапой по столу.
— Ну не только, — туманно ответила Мекса. — Но с мансом быстрее, да.
— Да ведь, главное, пошло! Йонас! Александер! Вы уж меня простите, конечно, вам виднее, чем кормить, да только нельзя ли сегодня чего поразнообразнее, а?.
.
«Насяльнике», — обиженно протянул тут же возникший дух. — «Зачем ругаисся, насяльнике? Алксандар весь ночь мастава варить, самса тандыр класть, обой новый в пожрать-сарай клеить. Кушайтенама!»
«Эшельме-бешельме», — поддакнул второй.
Вздох облегчения пронесся по всей столовой, когда наконец на столах начали появляться многочисленные расписные плошки, узорчатые пиалы, чайнички.
— Выспалась? — украдкой шепнул Хельме.
