— Эдхар?
Глава 21
Прихожу в себя и, дрожа, с недоумением оглядываюсь. На стенах храма очистительного пламени подрагивают отсветы многочисленных свечей. Стайка молодых жриц в белоснежных одеждах толпится за алтарём, перед которым я стою на коленях. Прижимаю ледяные руки к груди и слышу странный звук.
Это мой плач?
Я с трудом размыкаю пальцы и касаюсь мокрых щёк. Что происходит?
Помню, что коснулась стекла в своих покоях. Мне показалось, что с моих рук сорвалась чужеродная магия — ледяная! А потом померещилось лицо ваннора.
Наши взгляды встретились, и я погрузилась во тьму. Казалось, я лечу, но я лишь бежала. Чтобы быстрее оказаться в храме.
Под защитой…
Но от себя не убежишь. Прижимая ладони к губам, я сдерживаю рыдание. Неужели я страдаю по ледяному магу? Что, если наша связь ничуть не ослабла? Тогда и он ощущает моё состояние? Качаю головой, не желая этого. Я готова сделать что угодно, лишь бы ваннор не узнал, как много я о нём думаю.
— Искорка! — ахает влетевшая в храм так стремительно, что взметнулись белые одежды, Сиель.
Жрица обнимает меня. — Милая, не плачь. Прошло всего три месяца. Это слишком мало, чтобы поддаваться отчаянию. Ты обязательно получишь благословение небес и великий дар продолжения рода. Тише, тише…
Она гладит меня по голове, а я льну к тёплой груди женщины и зажмуриваюсь, позволяя слезам скатиться по щекам, освободить меня от боли. Я ищу утешения в храме очистительного пламени, но не доверяю магическому огню. Прячусь в объятиях той, с кем давно уже не ощущаю былой близости.
Мир неотвратимо меняется и становится другим. Чужим, враждебным, холодным настолько, что магия ваннора кажется солнечным теплом. Но это лишь иллюзия, Эдхар жесток и беспощаден. Вся доброта и заботливость достались его младшему брату. Может, это плата за могущество. А может, там, где есть магия, нет места человеку…
Мотаю головой: нет! Леорас доказал, что это не так. Он получил часть моего дара и остался собой. Нежным и приветливым мужчиной, готовым поддержать и помочь слабому.
"
"Высвобождаюсь из объятий Сиель и бросаю косой взгляд на жриц. Должно быть, я кажусь одержимой, раз они до сих пор выглядят испуганными. И я сама в ужасе от того, что произошло, — прежде всего, не ожидала подобного поведения от себя. Но я теперь не принцесса, а королеве не подобает вести себя странно. Надо дать достаточно убедительное объяснение, иначе пойдут слухи.
— Да, — цепляюсь за слова жрицы. — Я расстроена.
