— Ты не можешь забрать в наложницы королеву суверенного государства.
— Могу, если ты попросишь, — одними губами отвечает он.
Сейчас, когда он рядом, когда в моей крови бурлит огонь, а низ живота ломит от нестерпимого возбуждения, от которого даже недомогание исчезает без следа, я готова умолять об этом. Кажется, что больше не вынесу пытки быть так далеко от того, кого ненавижу всем сердцем.
Не в силах смотреть в глаза ваннора, который словно читает мои мысли, видит мои чувства и знает все мои страхи, опускаю взгляд на бьющуюся жилку на его шее.
Хочется прижаться к ней губами, ощутить языком пульс мужчины, проникнуть в его вены своей магией… Слиться с ним полностью!
Едва не теряя сознание от мучающегося меня желания, качаю головой.
— Я не оставлю мужа.
— Ты не хочешь его. — Жестокие слова ваннора будто режут по живому. Я захлёбываюсь правдой, но Эдхару этого мало. — И не любишь.
— Люблю, — горячо возражаю я.
— Тогда скажи это ещё раз, — цедит он и набрасывается на мои губы. Терзает их сладкой болью, доводя меня до исступления.
Отрываясь, требует: — Говори!
Я едва могу дышать, голос дрожит.
— Я люблю Леораса.
Ваннор с рычанием, будто дикий зверь, снова наседает на меня. Проникает в рот горячим языком, сплетается с моим в диком танце страсти. У меня перед глазами всё плывёт, я уже не принадлежу самой себе, разливаюсь силой очистительного пламени по всей комнате. Качаюсь на волнах удовольствия. Но Эдхар оставляет меня таять льдинкой в огне, снова приказывает:
— Говори! Ещё раз!
— Я… — Припухшие от ласк губы не слушаются.
— Люблю…
— Кого? — яростно прищуривается ваннор.
Я задыхаюсь, не в силах выдавить ни звука. Наша магия причудливо сплетается, образовывая изящные узоры, растекаясь вокруг нас и внутри тел, завораживает жарким холодом, наполняет льдистым теплом. Я боюсь, что не вынесу максимального удовольствия, но отчаянно хочу дойти до финала.
Только это будет конец нашего брака с Леорасом. Потому что я сдамся магии… Одна связь должна исчезнуть, и ясно, что благословение небес почти уже истончилось.
Но я не могу этого допустить.
Как бы ни было сладко утонуть в страсти Эдхара, я понимаю — это неправильно. Магия, как обрушивающаяся стихия, сметает жизни, ломает судьбы.
Как у Тетал.
То, что объединяет нас с Леорасом, очень хрупкое. Как нежные всходы на плодородных полях. Их так тяжело было дождаться, и так легко уничтожить. Но в них будущее. В них рост. А после потопа или пожара остаётся одно. Пустота.
