Злое лицо, безумные глаза, и этот каркающий смех…
— Я приехал, чтобы пригласить королеву Алианора посетить Зивер с официальным визитом. — Сталью, что звучит в голосе ваннора, можно резать дерево. — Это желание Ледяного короля.
— Я точно видел, — прищурившись, погрозил Леорас, — что это твоё желание. Можешь не прикрываться словом отца, когда тебя застают в постели с чужой женой. — Он снова переходит на крик. — Я знаю, почему ты хочешь мою женщину!
Ваннор, как ни странно, обретает ледяное спокойствие и даже присаживается на кровать.
Скрестив руки на груди, кивает:
— И почему же?
— Тебе претит мысль, что твой никчёмный брат, который всегда был твоей безмолвной тенью, теперь во всём выше тебя!
Эдхар усмехается, и это выводит Леораса из себя ещё больше.
— Не смей садиться в присутствии короля!
Я перевожу взгляд, ожидая ярости ваннора, но тот поднимается и делает пару шагов к брату. Видя, как он коротко кланяется, я судорожно втягиваю воздух. Не верю своим глазам, а мой муж почти рычит, будто зверь:
— Не паясничай.
Я знаю, что уважения ко мне у тебя никогда не было. Но теперь ты вынужден со мной считаться. Я всё-таки король! А ты пока лишь наследник. Ты не можешь забрать ни мою власть, ни силу, поэтому пытаешься отобрать единственную, кого я люблю. Вползаешь в её сны, мучаешь её, истязаешь своей магией. Ты жалок, Эдхар!
И, будто выбившись из сил, он тяжело опирается рукой о стену. Дыхание мужа тяжёлое, я слышу хрип и переживаю, что мощный выброс огня повредил Леорасу. Всё же король Алианора всё ещё учится быть магом.
А сейчас ещё и ослаблен вином.
Хочется подойти к нему, обнять, убедить, что он прав. Что я на его стороне и никогда не покину. Но я остаюсь на месте, боясь спровоцировать в мужчинах новый всплеск ярости, который приведёт к очередному сражению.
— Значит, — нарушает ваннор звенящую тишину, — ты считаешь, что я воздействую на Искрель.
Я замираю, услышав своё имя. В устах Эдхара оно звучит слишком светло и притягательно, как внезапный луч солнца посреди тяжёлых грозовых туч.
Дыхание тут же учащается, а ладонь ложится на шею, кожа на которой всё ещё горит от страстных ласк ваннора.
— Я вижу, как она страдает, — устало поясняет Леорас. — Эдхар, у тебя в Зивере десятки наложниц, которые могут ублажать тебя без остановки. Самые красивые девушки государства греют тебе постель. А Искрель у меня одна… Я действительно люблю её. Прошу, прекрати это!
— Я не в силах сделать это, — кривится ваннор и оборачивается ко мне.
