— Нет! — вскрикиваю и выплёскиваю всё пламя, что жило в моём сердце.
Могучая вспышка взрывает лёд, и его осколки царапают кожу мне и ваннору, оставляют кровавые полосы. Но мы не обращаем на раны внимания. Магия огня схлестнулась и переплетается с ледяными потоками силы Эдхара, и этот огненно-белоснежный вихрь окутывает нас ослепительным коконом, отсекает от внешнего мира.
По моей коже пробегают молнии, покалывают кончики пальцев холодом, обжигают запястья очистительным пламенем. Кажется, что объединившаяся стихия огня и льда вырвалась на свободу и не подчиняется ни мне, ни ваннору.
— Что происходит? — цежу сквозь зубы, пытаясь вернуть контроль над пламенем.
Мир вокруг будто сошёл с ума. Испепеляющая лава смешалась с обжигающим холодом, и эта дикая субстанция сжималась вокруг нас, загоняя в ловушку.
— Ты… — жадно выдыхает Эдхар, когда снежно-пламенная сила прижимает нас друг к другу крепче любовных объятий. — Моя!
Глава 3
Самые страшные кошмары сбываются прямо сейчас, но я не понимаю, почему это происходит.
Я в объятиях того, кого только встретила, а уже ненавижу от всего сердца и желаю ужасной гибели…
* * *— После священного обряда между мужчиной и женщиной возникает связь. — Отец гладит меня по волосам и невидяще смотрит перед собой. — Если один из новобрачных обладает даром, то узы пропитываются магией, становятся крепче и сильнее и нежной влюблённости, и даже самой пламенной страсти.
— Так было у вас с мамой? — Накрываю ладонь короля своей и смотрю отцу в глаза.
— Ты полюбил её ещё сильнее после того, как вас связала магия?
— Нас связали узы брака.
Он улыбается мне, и я любуюсь лучиками солнечных морщинок на его мужественном лице."
"— Магия усилила эту связь, вдохнула в неё настоящую любовь. На всю жизнь душа в душу! Твоя мать разделила со мной дар очистительного пламени. Который передался сначала твоей сестре, а после и тебе…
Тут уголки губ короля опускаются, голос становится тише, появляются хриплые нотки:
— Помни о Тетал, Искорка.
И держись подальше от мужчин, обладающих магией. Если между вами возникнет связь, то ваше объединённое пламя может погубить не только тебя и его, но и убить всё живое на многие мили вокруг.
По спине моей бегут мурашки, но я вдыхаю медленно и глубоко, прогоняя липкий страх и болезненную тоску по ушедшим родным. Киваю, обещая:
— Я запомню это.
* * *Кажется, этот разговор был давно, но я и сейчас помню обещание.
