Собравшись с духом, отпускаю Ивару и поднимаюсь, но девушка цепляется за мою одежду.
— Не надо. Не подходите! Надо бежать… Умоляю, Ваше Величество!
— Нет. — Освобождаюсь от её хватки и подхватываю с земли оброненный Шеспианом кинжал. — Нужно убедиться, что он не доложит обо мне."
"Медленно приближаюсь, готовая в любой момент отскочить или ударить, наклоняюсь над воином. Он смотрит в небо и, втягивая воздух через окровавленный рот, подёргивается всем телом. Слышу хрип и понимаю, что мужчина не выживет.
— Кто? — спрашиваю достаточно громко, чтобы Шеспиан услышал.
— Кто приказал убить меня? Эдхар?
Сама не верю в это, но другого врага не вижу. А ваннор мог приказать своим людям прикончить женщину, если та попытается сбежать. Ведь у него десятки наложниц! И ощущать себя связанным ему явно не нравится.
Умирающий страшно смеётся, изрыгая кровь.
— Спасибо, — слышу тихий ответ, — что убила меня быстро. Ваннор делал бы это долго и мучительно…
Он затихает, невидяще глядя на дождь. Я отшатываюсь, мысленно повторяю его слова.
Так ваннор приказал убить меня или нет? Мои слова рассмешили Шеспиана? Или он радовался, что удалось избежать пытки? И почему он ожидал, что Эдхар будет убивать его медленно? В отместку за то, что воин упустил меня?
— Ваше Величество! — Рыдая, Ивара тянет меня прочь. — Нам надо бежать!
Вздрагиваю, приходя в себя.
— Да. — Оглядываюсь в поисках вороного, но рядом лишь лошадь служанки. — Леорас будет волноваться, если наше отсутствие затянется.
Забираюсь в седло и протягиваю руку девушке.
Помогаю ей сесть позади меня, и служанка тут же обнимает меня за талию, доверчиво льнёт… Как некогда я.
Воспоминание вспыхивает лучом посреди свинцовых туч и тут же бесследно исчезает. Остаётся только невнятное ощущение, что подобное уже происходило. Со мной ли? Может, это было лишь сном?
Отмахнувшись от странного и тревожного чувства, я сосредотачиваюсь на настоящем. Чтобы догнать мужа, бью пятками по бокам лошади, и та несётся во весь опор. До смерти перепуганная Ивара лишь попискивает и жмётся сильнее.
Настигнув окружённую воинами карету, я осаживаю животное и спешиваюсь. Кучер с криком останавливает четвёрку, а Леорас распахивает дверцу.
— Наконец-то, — обнимает он меня. — Боги, ты вся промокла! Быстро внутрь. Переоденься в сухое. Эй, помоги Её Величеству!
Лишь через некоторое время, уже переодетая и согревшаяся, я перерастаю дрожать. Но, всё ещё преследуемая пережитым страхом, никак не могу уснуть.
