Преданная. Невеста (СИ)

Оглядываюсь и улыбаюсь.

Он гладит мое бедро мерно. В глазах разгорается голод. Я его разделяю, но если не поговорим сейчас – мне придется снова собираться. Поэтому давать слабину нельзя.

Отступаю. Прислоняюсь спиной к закрытой створке холодильника и утоляю жажду, бесстрашно смотря в потемневшие глаза.

– В следующий раз на Мадейру полетим.

Прохлада помещения и пузырящегося напитка ни черта не остужают. Слава произносит уверенно, хотя это вроде бы даже вопрос. А у меня в голове сразу другие вопросы: это если тебя не посадят.

– Ты в Португалии была?

Кола грозит пойти назад. Отнимаю от губ.

– Нет. Я почти нигде не была. Хотела сначала устроиться на работу, откладывать, путешествовать… Чтобы у родителей не просить.

– Весной тогда. На Новый год можем в Италию или Австрию. Альпы. На лыжах тоже не каталась?

– Я до тебя и минеты не делала, знаешь ли…

Шучу по инерции. Слава в ответ улыбается. Отставляет жестяную полупустую банку. Делает шаг ближе. Лицом приближается к моему лицу.

Я мелко дрожу из-за переизбытка смешанных чувств.

– А вон как научилась… С лыжами проще будет. – Улыбается и целует коротко. – Я тебя научу.

Не спорю. Прикрываю глаза и киваю.

Продолжаю трусить, продолжаю сомневаться. Дрожь усиливается.

Слава моих сомнений, кажется, не замечает. Опускает руку и отступает. Тянется за телефоном, прячет в карман.

Что будет дальше мне известно. Он поднимется в спальню и сходит в душ, чтобы освежиться. Отправит меня.

У нас, кстати, планы наполеоновские. Мы домой на часик. На четыре уже нанят инструктор по флайбордингу. После очередного незабываемого впечатления снова заехать на виллу. Ужин. Мне – вино. Ему – ночной кофе, сигареты и мысли.

– Слав, – окликаю его, когда Тарнавский успел уже подняться на третью ступеньку обшитой глянцевой мраморной плиткой лестницы.

Он тормозит и оглядывается. Сердечко у меня, как всегда, навылет.

Спрашиваю и киваю на диван.

Слава колеблется. Я давлю не слишком решительным:

Прежде, чем сдаться, Тарнавский проверяет время на часах. Как будто ему не похуй, опоздаем мы или нет.

Спускается назад и садится. Я, запрещая себе пасовать, подхожу к нему. Опустившись на колени, упираюсь в его льняные брюки ладонями. Сжимаю пальцами. Сама волнуюсь дико. А он пока что даже легонько улыбается.