Преданная. Невеста (СИ)

Я правда никогда не курила. Может быть в школе пару затяжек. Уже не помню. А сейчас делаю и кажется, что давлюсь дымом. Отдаю сигарету, закашливаюсь, упираясь лбом в грудь.

– Боже, какая гадость, – отдышавшись, поднимаю голову и качаю ей. Тарнавский мое бесценное мнение, конечно же, игнорирует.

Тянет к своим губам и затягивается куда более продуманно.

– Я же сказал: осторожно.

Требую, но он и не думает повторять эксперимент. Качает головой и уводит сигарету обратно к пепельнице. Струшивает.

– Попробовала и хватит.

Его приказная забота одновременно трогает и возмущает. Даже не знаю, что больше. Но я разговариваюсь и оживаю.

– А что от тебя хотела Кристина?

Задав вопрос, получаю моментально переключившийся со стен на мое лицо взгляд. Острота черт мне не показалась. Для него сегодняшний вечер – стресс. И из него еще не вышло.

– Не поверишь, сигарету.

Он это понимает. Вздыхает.

– Ничего важного, Юля. Возможно, видела, что ты смотришь. Вот и решила...

Слежу за тем, как он снова тянет сигарету к губам.

Мне тоже хочется сказать ему "хватит", но дело в том, что мы слушаемся друг друга не во всем.

– Слав... – зову его, переживая нахлынувший как-то вдруг приступ хандры. Он смотрит в ответ спокойно, но ни черта не успокаивающе. Кажется, его просто кроет чаще и держит дольше, чем меня. — Мы справились сегодня?

Он не улыбается, не отмахивается. Не делает вид, что вопрос глупый.

Кивает, но вопреки логике я не испытываю облегчения. Наоборот — тревога растет.

– Скажи, что все будет хорошо. У нас.

Я знаю, что звучу сейчас жалко. Сначала впрячься, а потом просить о таком... Это детство. Кристина посмеялась бы. Аркадий, наверное, усомнился бы в силе моей воли. Эдуард убедился бы, что я — переоценена.

Но я спрашиваю не у них. И нуждаюсь не в правдивых прогнозах.

Слава сжимает мой затылок. Тянет на себя. Пахнет дымом и, задевая губы, дарит мне безосновательную уверенность своим:

– У нас все будет заебись, малыш.

Жизнь несется. План работает.

Ночной мандраж после приема у Власова прошел быстро и больше не возвращался. Как и сомнения в правильности собственных действий.

Я не могу утверждать на сто процентов, но, мне кажется, то же произошло и со Славой. Он пообещал мне, что у нас все будет заебись. И мы каждый день в этом заебись просыпаемся.

На кураже. Без любой травки под кайфом друг от друга. Нашей работы. Нашего быта.

Нервяк и бесконечная усталость – лучший наш допинг.