Предать нельзя Любить (СИ)

Её тело, словно волной, смывает на другую половину кровати.

– Только не трогай меня, – шепчет устало.

– Не буду, обещал ведь.

Малыш снова подтягивает коленки к животу, а ладошки по-детски складывает под голову. Её веки прикрыты, но по тому, как Арина трясется, понимаю, что она на грани.

Мать твою.

И я тоже.

В конце концов, это она пришла ко мне, чтобы подвести под монастырь и шпионить в пользу Луневича?

Сделала копии Янкиных документов.

Обманывала.

Встречалась со своим Артёмом параллельно.

Это всё она.

Тогда почему мне так паршиво?!

– Я тебя ненавижу, – шепчет Малыш безысходно, в полубреду. – Если бы ты знал насколько. Я тебя не предавала. Собиралась... Когда Виктор Сергеевич попросил меня помочь, мне сразу это не пон… равилось.

Арина закашливается.

Комната наполняется сдавленными хрипами и вздохами, а я борюсь с желанием погладить хрупкое плечо, чтобы успокоить, но полагаю, что это только обозлит её и она перестанет говорить.

– Возможно, ты не знаешь, – продолжает она стихнув.

Распахивает осоловелые глаза и смотрит на меня в упор.

– Пытаюсь, – киваю.

– Я тогда тебя не знала. Вообще, не отнеслась серьёзно к такой… странной просьбе. Потом только всё осознала, но было уже поздно.

– Откуда Луневич был в курсе, что Яна придёт ко мне?

– Я не знаю, – мотает головой и закусывает губу.

– Что было дальше?

– Дальше мы… с тобой начали встречаться, и я отказалась помогать. Единственное, что я совершила – взяла эти проклятые копии.

– Блядь. Зачем?

– Не знаю, – рявкает сипло. – Увидела тогда фотографию якобы с твоей женой и всё как в тумане. Вот такая я плохая!

– Как эта папка попала к отцу?

– Без понятия. Документы пропали из моей квартиры, – на секунду замирает, словно вспоминает или думает.

– А твой братец, который и не братец вовсе? – выплёвываю с ненавистью.

– Тёма, – облизывает пересохшие губы. – Мы с ним тоже с детского дома.

– И у вас никогда ничего не было?

– Мы встречались с тех пор, как он пришёл из армии.

– Пиздец.

– Я не изменяла тебе, – враждебно затыкает меня. – Никогда.

Не знаю, что заставляет меня поверить ей. Широко распахнутые, доверчивые глаза или в целом, понимание что не такая она… Не смогла бы.

Я ведь всё видел.

Что опыта у неё нет. И, вообще, нутром чувствовал искренность.