Предать нельзя Любить (СИ)

О чем я вообще думала, засыпая в его кровати?

Он тоже хорош, разыграл из себя святую невинность, а ведь сам набросился.

Еще и мамой попрекнул.

Утираю прохладные мокрые щеки и яростно завязываю шнурки на кедах.

- Арина, - выходит из комнаты Дракула, натягивая футболку. – Постой. Ночь на дворе.

- Мне надо идти, - произношу быстро.

Захватываю рюкзак и щелкаю дверным замком.

- Арина…

- Прощайте, Арсений Рудольфович.

Аккуратно прикрываю дверь и, натянув рюкзак поверх свитера, легким бегом по ночному городу добираюсь до дома.

Прохожу в гостиную, не снимая обувь. Валюсь на диван.

Гертруда, чувствуя мое настроение, падает рядом. Разглаживаю влажный мокрый собачий нос и реву.

Обнимаю свою старую овчарку.

- Такой козел, Гера, этот Дракула оказался, - делюсь, словно с подругой. – Я больше к нему в офис ни ногой. Вот увидишь.

Смачно шмыгаю и утираю нос тыльной стороной ладони.

- Почти все деньги на этого болезного истратила, - шепчу. – А он неблагодарный козел.

Оставшуюся часть ночи пытаюсь заснуть, а утром пишу сообщение Ларисе Леонидовне, что больше не выйду на работу.

Глава 13. Арина.

- Арина, ты на работе? – спрашивает отчим. – Что-то давно не звонила?

- Я… нет, я дома, - отвечаю немного сдержанно.

- А что вдруг так?

- Я… уволилась, - закусываю губу.

- В смысле? Он тебя уволил?

- Нет… я сама.

- Арина, - Виктор Андреевич повышает голос. – Мы же с тобой договаривались. Так не делается.

- Я больше не могу. Кроме того, меня все равно не допускают до серьезных документов.

- Это потому что постараться не хочешь, - ядовито проговаривает он. – Я всё для тебя, а ты неблагодарная.

У меня кровь от лица отступает от такой несправедливости.

Бросаю трубку и снова реву.

Это он из-за квартиры, да? Так, я я ведь не просила. Не надо было.

И несколько раз пробовала вернуть ключи, но дядя Витя настоял.

Мол, «он будет только счастлив сделать что-то для Катиной дочки». А сейчас попрекает, получается?

Озираюсь вокруг. Можно, конечно, переехать к Тёме, но куда я дену животных?! Не рад он будет такому цыганскому табору.

Пока продумываю миллион вариантов, как поступить, телефон снова разрывает новый хит от Макана.

- Ариша, девочка моя маленькая, - виновато вздыхает Виктор Андреевич. – Прости старика. Я что-то разнервничался.

Молчу в трубку, глотая слезы.

- Ариша, - зовет еще раз.

- Что? – зло спрашиваю.

- Ты ревешь там, что ли? – удивляется отчим. – Ну, даешь.