Предатель. Цена ошибки

Но ты так стойко сейчас планируешь её всего лишить… Квартиру вон собрался продавать, никакого мирного развода. Этой части я не могу понять. Как это вяжется в твой план?

– Неважно."

"– Как знаешь. Но я уверен, что Ильяс сотрет тебя в порошок. По крайне, мере постарается. Отсудит всё, что можно.

Знаю.

С Ильясом у нас давняя неприязнь. В основном из-за того, что я был пустоголовым подростком, сам лез на рожон. Любил кичиться своим положением, дурак.

Не раз проводил между нами черту на всех встречах, показывая, насколько моё положение лучше.

Он – внебрачный сын, которого изредка приглашали в нас круг. Не свой, не чужой. Так, какой-то приблудыш. А я единственный наследник, одной из самых обеспеченных семей города. Тогда это казалось достижением.

А сейчас думаю, что с радостью поменялся бы с Ильясом местами.

Я это перерос, мозги встали на место. Осознал, насколько был неправ в некоторых поступках. Стоило давно извиниться, замять тот пустяковый конфликт…

Но теперь уже неважно.

Ильяс сейчас на принцип пойдёт, доказать, что стал лучше и успешнее меня.

Уверен, он попытается не просто законную половину имущества отсудить, а намного больше.

Но это меня совсем не волнует.

Наоборот.

Единственные стоящие новости в последнее время.

Я отвечаю на вопросы Рязанова вскользь и довольно поверхностно. Объясняю главное, а вопросы про Лизу рублю на корню. Я не собираюсь о ней говорить, а друг этого словно не замечает.

Будто не он час назад сорвался из-за одного упоминания бывшей.

– Черт, я сейчас, – Артём резко поднимается, становится собранным и серьезным.

– Мои щенки что-то опять натворили.

Щенки – ласковое прозвище для его бойцов охранной фирмы «Альфа». Судя по реакции друга, ситуация далека от нормального. Материться на них Артём начинает даже не выйдя из квартиры.

А я остаюсь один.

И дурные мысли тут же лезут в голову.

Всё вьются вокруг Лизы, толкают назад к произошедшему.

Как она сейчас?

Как справляется со всем?

Тянет позвонить. Просто, мля, услышать её голос. Убедиться, что она в порядке после выкидыша.

Хотя какой к черту порядок?

Она потеряла ребёнка.

Моего ребенка.

Черт.

С силой давлю на виски, но эта мысль никуда не исчезает. Только сильнее укореняется в мозгу, давит. Так погано делает, что сдохнуть хочется.

Забыться.

Не думать про то, что у нас с Лизой мог быть сын.

Или дочь.

Сын бы лучше, конечно. Не умею я с девочками справляться, не знаю, как это делается. Меня слёзы Лизы до внутренней паники доводили, а ещё дочка… Я бы не справился.