— Вы чего? — Руслан медленно отходил в сторону выхода,— я с наилучшими..
— Молчать!— уже вскрикнула мама.
Я аж вздрогнула.
Не ожидала вообще от нее такого. Моя спокойная и любящая мама, с ружьем стоит и направляет его на недруга.
Руслан кивнул и направился за ворота, понимая суть происходящего.
А я развернулась к маме, которая все еще хмурила брови и сжимала крепко челюсти.
— Домой заходи, дочь. Домой.
Глава 18
Татьяна
Я прошла в дом, как и сказала мама.
Трясло как последнюю...
Вот это разговорчик получился.
Любит он меня. Дурак!
Я стояла на кухне, мелкая работа по подготовке к ужину оказалась для меня настоящим испытанием.
Размышления о Руслане не покидали мою голову. Они, мать его, бурлили!
С каждой нарезанной помидоркой меня все больше переполняло чувство горечи. Какие подлые мужчины бывают на свете! Как они могут ранить тех, кто рядом с ними, кто доверяет им?
Я стояла на кухне, резала овощи для салата, но мысли мой ум продолжали метаться между горечью и подавленностью.
Как подло поступил Руслан, как можно так смеяться в лицо дружбе? Козел. Как таких земля носит?
Мои руки действовали почти автоматически, а в голове крутились только одни и те же вопросы. От этих мыслей мне становилось только горше.
Мама сидела за столом в соседней комнате, её руки нервно перебирали чашку с чаем. Она ничего мне не сказала про свои действия, да и я не спрашивала.
Просто стало приятно, что она за меня заступилась.
Я могла видеть, как она беспокойно покусывает губу, как будто ощущала, что что-то не так.
Её взгляд постоянно метался по комнате, и хотя она не спрашивала, я знала, что ей хотелось бы знать, что происходит. Что вообще будет просиходить со мной и с ее внуком.
— Дочь, всё в порядке? — наконец спросила она.
Я лишь мимоходом кивнула, не желая углубляться в разговор.
Зачем ей знать о моих переживаниях? Я итак уже достаточно поныла.
Я не хотела делиться глухой болью, которая захлестнула меня после признания Руслана. Он меня добил сегодня просто.
Мамина чашка дрогнула в её руке, она сделала глоток чая, но, похоже, вкуса не ощущала.
Я чувствовала, как она пыталась уловить мои эмоции, но мне было слишком трудно говорить.
Я сама не знала, как выразить свой внутренний хаос.
Больно мне плохо. Только растерянность.
Тишина, которая царила в кухне, сгущалась.
Я старалась сосредоточиться на приготовлении, но в голове меня пересиливали тяжёлые мысли о предательстве. И о Предательстве «друга» друга.
