Теперь все его слова казались фальшивыми, а тепло, которое он ранее излучал, растаяло, как утренний туман.
Мама вновь от души вздохнула и чуть покачала головой, продолжая пить чай.
Понимаю, у меня у самой ком в горле.
Со своей стороны, я не хотела ни с кем разговаривать, ни открываться. Я пыталась скрыть свою бурю чувств за внешней честной обычной рутиной.
Сгибаясь над нарезанными овощами, я обдумывала, что ничего не утешит сейчас. Ничего
Даже мой супруг, с которым у нас всё казалось идеальным.
Кзалось. Рухнуло только, как карточный домик.
Я не хотела думать о Руслане, Я не хотела думать о Дане, не хотела их видеть.
Этот момент оставил глубокие, мать его, шрамы, которые мне ещё предстоит заживить.
Чем быстрее я изгоню этот страх, тем лучше будет для всех нас.
Время длилось, и моё настроение не менялось.
Я замерла, глядя на свои руки, которые продолжали работать, непонимающее, как в этом хаосе можно каким-то образом достичь умиротворения.
Я обратила взгляд на маму, которая, заметив, что я смотрю на неё, задумчиво улыбнулась.
— Ты знаешь, когда у тебя что-то на душе, не бойся поговорить, — произнесла она, словно прочитала мои мысли.
Я ответила лишь кивком, вновь возвращаясь к нарезке.
Мама могла быть права, но сейчас слова лишь нагнетали обстановку. Лучше помолчим. Иногда лучше помолчать.
Как же мне хотелось, чтобы весь этот вечер просто оказался неправильным сном, который исчезнет вместе с восходом солнца.
Но...
Но, к сожалению, реальность была гораздо жестче.
Я почувствовала, как всевозможные эмоции снова заполнили меня, не придавая мне сил ни на разговор, ни на смех.
Даже на слезы сил не было. Запас иссяк.
Глава 19
Даниил
Сидя в углу ресторана, я пытался отвести взгляд от «любовницы», которая упорно лила в мою душу свою навязчивую болтовню.
Каждый её жест или улыбка вызывали у меня только раздражение.
Как будто я попал в ловушку, откуда нет выхода, и с каждым мгновением мне становилось всё невыносимее."
"— Даня, ты слушаешь меня? — поинтересовалась она, вздыбив свои длинные волосы и надув губы, чтобы выглядеть более притягательно.
— Слушаю, — ответил я, не скрывая своего презрительного тона. — Или, точнее, пытаюсь не слушать.
Она явно обиделась, но мне было всё равно. Я просто не мог больше выносить её присутствие.
Один раз мне только брюки расстегнула, встала передо мной на колени и уже думает, что я ее мужчина?
Да завались.
— Как ты можешь так говорить? — её голос дрожал от разочарования, но я лишь отмахнулся.
