Милости прошу к нашему шалашу!
— Нет! — из меня воплем вырывается протест. — Я не буду с вами здесь сидеть! До свидания!
— Марго, ты что ведешь себя, как дурочка? — ахает Тина и смотрит на меня полными осуждением глазами. Как будто ей за меня стыдно.
— Прошу прощения, — тут же подключается Багиров, — мы скоро вернемся.
Он почти спокойно ведет меня в смежную с кухней столовую, однако едва мы скрываемся от остальных, черты его лица ужесточаются.
— Прекращай блажить, — рычит он и резким движением сдергивает с меня расстегнутое пальто.
Я отшатываюсь от неожиданности на высоких каблуках, роняю сумку, висевшую у меня на плече. — Никуда ты не поедешь. Со мной останешься, — швыряет пальто на барную стойку.
От бархата в его голосе и следа не осталось, а взгляд полон злости.
— Ты сказал, что мы только поужинаем в ресторане, — шиплю сквозь дрожь, и быстро поднимаю сумку. — О частном доме речи не шло. Если бы я знала, что приедем сюда, не согласилась бы.
— Я сам не знал. Планы поменялись по дороге в ресторан.
Баринов не успевал собраться, замотался на работе и пригласил нас к себе. Какая вообще разница, где отдыхать?
— Для меня — огромная. И я ни секунды больше тут не задержусь. — Пробую уйти, пусть даже без пальто, но Роман больно хватает меня за предплечье. — Я вызываю полицию.
— Да? — изгибает бровь. — И что ты им скажешь? Что весь вечер торговала лицом, а сейчас приехала зависнуть с мужчинами в коттедже, но перехотела? Или ты думаешь, что жалобы какой-то модельки кто-то примет всерьез? Не надейся, Марго.
Один звонок в полицию — и ты завтра же пробкой вылетишь из Модного дома, и с твоей подачи у Кирияновой возникнет гора проблем.
Я тяжело сглатываю.
Подставлять Эльвиру Леопольдовну мне хочется меньше всего.
Кириянова с нас кожу сдерет, если узнает, что мы натворили и в какие последствия ее затянули. Она категорически не поощряет такое поведение.
Мне захотелось расплакаться от страха и злости на себя за то, что согласилась помочь Тине и влипла по-крупному.
— Ты приехала со мной, со мной и останешься.
Иначе будет плохо, — склонившись к моему лицу, предупреждает он, а я жмурюсь. Потом резко разворачивает меня обратно и подталкивает в спину: — Пошла.
Настроение в гостиной царит совершенно другое.
Энджи перебралась на колени к Рашиду. Тина, скинув туфли и потягивая из бокала вино, льнет к Баринову. Кажется, коллегам в радость проводить так время, и они совершенно не против.
— Дим, мы дверь не заперли, — говорит Роман.
