Дмитрий часто приглашал гостей к себе с ночевкой и записывал их, а потом выгружал самые «интересные» файлы на свой ноутбук. Здесь записи, где сам Баринов занимается сексом с разными девушками, есть записи с гостевых комнат. А еще где моются, справляют нужду. Так же записи с весьма сомнительными разговорами. Если покопаться дольше, можно много чего нарыть.
Интересно, а его друзья в курсе, чем промышляет Дима? Я и о себе сразу вспоминаю. Не было ли у меня каких-то прецедентов в его доме? Хорошо, что я не люблю ходить по гостям, а уж тем более оставаться ночевать.
Я даже на бровях всегда ползу к себе. А какие-то серьезные дела мы обсуждали с Дмитрием у меня в офисе или на нейтральной территории.
В другой папке нашлись и записи с отеля. Устанавливать камеры в номерах он побоялся, а вот оригинальная запись с банкета осталась. Хотя Баринов так убедительно заявлял о ее удалении, и я даже ему поверил. На ней видно официантку, которая подмешивает в бокал сомнительное вещество и потом передает его мне в руки.
— Опознать ее личность не составит труда, — комментирует Туманов.
— Привезем в отдел, выдавим из нее показания. — Открывает папку с документами. — Кроме того, очень похоже на отмывание денег через отели, но с этим будет разбираться отдел по борьбы с экономическими преступлениями.
— Баринов столько лет собирал грязные компроматы и сам же на них попался…
— Ага, бумеранг по башке треснул, — смеется.
— Теперь мы оба понимаем, что Рита была жертвой сговора. Ее репутация испорчена. В сети травля.
Девчонка пережила из-за этого нервный срыв. Я могу взять у тебя некоторые файлы, чтобы отстоять ее честь?
Туманов мотает головой.
— Пока идет следствие, это невозможно. К сожалению.
— Но мы же оба понимаем, насколько оно может затянуться, — негодую я.
— Я сделаю все, чтобы ускорить процесс. Все от меня зависящее, Мирон. Но пока ты должен проявить железное терпение.
Из отдела я выхожу с одной-единственной мыслью: как бы облегчить Рите боль на время, пока нет возможности обнародовать опровержение.
Сажусь в машину.
— Куда поедем? — спрашивает Семён.
А я достаю телефон, задумчиво прокрутив его в руке, открываю список контрактов и кликаю на номер, по которому в другом случае вряд ли бы позвонил.
— Ты дома? — спрашиваю я, едва на том конце принимается вызов.
— Да… — немного растерянно звучит голос.
— Через двадцать минут заеду. Дождись меня.
А потом называю помощнику адрес.
Прибываем на место в срок. Здесь меня уже ждут и сразу же открывают дверь.
