Предательство

— Здесь темно, но я не слепой, Тиган.

Я машинально опустила глаза, что было самым худшим, что я могла сделать, потому что я не только поняла, что я мокрая, но и поняла, что Ноа был прав в другом. Я была мокрой.

Капли дождя покрывали мою кожу. Мои бедра были липкими, я вымокла, и единственным спасением было то, что красная футболка дяди Макса упала мне на бедра.

Умереть, умереть, Господи, дай мне умереть...

Ты ненавидишь его... правда?

Все в порядке, вы оба зрелые люди.

Это естественное явление.

И тут я поняла еще одну вещь. Ноа поддержал меня.

Чертовски поддержал.

Из моего рта вырвался высокий вой, и мне действительно захотелось поднять лицо к небу и завыть, как волк. Из-за исключительной способности Ноа Мессина вызывать цунами из моей вагины мне предстояло провести остаток учебного года в пытках. Обида и сексуальная неудовлетворенность гноились в моем теле. Я никогда не переживу этого. Он бы никогда не позволил мне смириться с этим — если бы знал.

Я изучала его лицо.

Он не выглядел так, будто знал.

Он выглядел... ну, он выглядел жестким. Он хмурился — ничего нового, а его руки были сжаты в кулаки по бокам.

Я подумала, не может ли моя вагина обладать собственным разумом, потому что сигналы, которые она подавала, были просто сумасшедшими. А потом я задалась вопросом, почему, черт возьми, мое ядро так сильно пульсирует?

Он был ублюдком — подлым, жестоким, язвительным, о—о—очень красивым ублюдком.

Как я должна была снять с него верхнюю часть одежды, чтобы он не узнал о моих истинных намерениях? Чтобы он не учуял мои истинные намерения...

— Можно мне взять твою футболку? — ловко, Тиган. — Я имею в виду, снимешь ли ты для меня свою футболку. Ух...

Я ненавидела себя.

Ноа удивленно поднял бровь.

— Я не полный ублюдок, Тиган, я принесу тебе чистую рубашку. — Нет, — крикнула я, прежде чем испустить нервное хихиканье — скорее, гогот.

— Ты самое странное существо, о существовании которого я даже не подозревал, — задумчиво произнес он, изучая меня своими острыми как бритва глазами.

Что бы Ноа ни искал на моем лице, он, очевидно, не нашел, потому что разочарованно зашипел и резко вдохнул.

— Подожди здесь, — приказал он жестким голосом, грубо проведя рукой по волосам. — Я принесу тебе что—нибудь надеть.