Предательство

Элли собрала свои прямые, до талии, черные волосы в хвост, чтобы ее пышные формы были полностью видны. — Как ты себя чувствуешь? — промурлыкала она тем изящным кокетливым голосом, который я ненавидел. Это был голос, которым она пользовалась, когда ей что-то было нужно — чаще всего мой член.

Я тяжело вздохнул и вздрогнул, когда острая боль пронзила мой бок. — Я жив, не так ли?

— Я скучала по тебе, Ноа, — проворковала Элли. — Тебя не было дольше обычного.

— Ни фига, Элли. — Обычно я работал ближе к дому и возвращался домой каждый вечер, но моя последняя работа была за пределами штата, и это заняло неделю.

Вчера я наконец добрался домой поздно вечером и чувствовал каждый из этих дополнительных дней.

Элли шагнула в мою комнату, подошла к моей кровати. — Кстати, соседний дом занят — на прошлой неделе туда переехала новая семья.

Потирая лицо рукой, я вздохнул. — И ты говоришь мне это, потому что…

— Ты знаешь, почему я тебе это говорю, — горячо ответила она, ее

зеленые глаза сверкали, как и ее темперамент.

— Папа говорит, что мы должны продолжать…

— Пожалуйста, перестань говорить со мной о своем отце. — Мне не нужна была эта чушь. Не сегодня. Не после вчерашней ночи…

— Тебе нужен массаж? — спросила она, чтобы сменить тему, когда она села на край моей кровати и наклонилась ближе. Ее груди напряглись под крошечными лоскутками красного кружева, покрывающими их.

— Нет, правда не нужен, — ответил я, совершенно не заинтересованный в том, что она предлагала.

Не смущенная моим отказом, Элли скользнула рукой под мое одеяло и сжала мой член.

— Ты уверен? — промурлыкала она, скользя рукой вверх и вниз по моему полустоячему стволу. —Я могу помочь тебе снять часть этого напряжения внутри.

Мои глаза затрепетали — непроизвольная реакция на то, что мне потерли член. Я знал, что должен сказать Элли, чтобы она убиралась из моей комнаты, но, честно говоря, у меня не было сил спорить с ней. Я знал, что это звучит как-то извращенно и больно, но это была правда.

Вместо этого я мягко оттолкнул руку Элли и скатился с кровати, прежде чем неловко пройти в соседнюю ванную и закрыть дверь перед ее лицом.

— Ух ты. Невежливо, Ноа? — услышал я ее крик.

К счастью, когда я включил душ, шум мотора заглушил ее раздражающий гребаный голос.

Каждая мышца в моем теле болела, когда я стоял под обжигающе горячей водой, и мне пришлось держаться за стену, чтобы сохранить равновесие. Прошлая ночь отняла у меня чертовски много сил.