— Ох, вам больно?
— Мои руки пострадали. К сожалению, травмы причиняют боль.
— Простите за неловкость. Я не хотела.
— Всё в порядке, — я улыбнулась ей. — В таком случае не буду отказываться от завтрака.
Госпожа Пирс обрадованно кивнула и быстро вышла, оставив меня наедине с отцом.
Я осталась стоять в комнате, разглядывая блузку. Лёгкая, приятная ткань. Но внутри всё ещё было ощущение тревоги.
Я знала, что отец держит в себе больше, чем говорит. Он всегда так делал, когда дело касалось опасностей или трудных решений.
Я подняла взгляд.
— Папа, ты правда ни во что не влезешь, когда я уйду?
Он посмотрел на меня с лёгкой улыбкой, но в его глазах сверкнуло что-то странное.
— Переодевайся, милая, — сказал он. — Тебе теперь нужно кушать за двоих.
И он вышел из гостиной. Покачала головой. Ушел от темы.
Ладно."
"Я переоделась. Блузка оказалась чуть велика, но была мягкой и приятной. Свою же я решила просто выбросить. Ее просто не отстирать.
В животе заурчало. Неудивительно, я не ела с прошлого вечера.
Истощение и скудные магически потоки вокруг давали о себе знать слабостью в теле.
Я направилась в столовую. Аромат свежеприготовленных блюд окутал меня, как только я вошла. На столе, аккуратно накрытом белоснежной скатертью, уже стояли тарелки с блинами, омлетом и маленькая чашка кофе, на поверхности которого мерцала белоснежная пенка.
— Приятного аппетита, дорогая, — услышала я голос госпожи Пирс. Она стояла чуть поодаль, вытирая руки полотенцем. — Надеюсь, тебе понравится.
— Благодарю, — сказала я, садясь за стол.
Женщина снова улыбнулась в ответ.
Я сделала первый глоток кофе. Тёплый, насыщенный, сладкий, как я люблю. То, что нужно.
Закончила завтрак как раз тогда, когда в столовую вошёл отец. Его лицо было, как всегда, спокойным, но в глазах читалась усталость.
— Ты выглядишь лучше, — сказал он, оглядев меня.
— Спасибо, завтрак помог, — ответила я.
В это время в столовую вошёл господин Пирс, в простой домашней одежде.
— Лираэль, Алекс проснулся.
Он спрашивает тебя.
— Конечно, — я встала из-за стола. Подхватила свою тарелку и отнесла её к раковине.
— Не стоит, я всё уберу, — засуетилась женщина.
— Благодарю. Было очень вкусно, — сказала я с благодарной улыбкой и пошла следом за мужчиной.
Мы прошли по светлому коридору с семейными фотографиями на стенах.
Я открыла дверь. Алекс лежал на кровати на животе. На тумбочке рядом стоял стакан с водой, а его руки, крепко сжимавшие одеяло, казались напряжёнными.
