Но когда подошел к столу Лираэль и приподнял непроницаемую белое покрывало, замер.
Под стеклянным куполом стоял протез.
— Выйди, Айз, — голос охрип.
— Что там? — спросил он.
— Выйди, сказал.
Хлопнула дверь лаборатории. Я остался один.
Смотрел на безусловно новый вид протеза и недоумевал.
Тот переливался магией, то тут, то там по всему периметру искусственных костей проходили вспышки. Магия до сих пор не рассеялась.
Более того, индикатор по её замеру показывал, что протез накачен ею под завязку.
А потом я увидел под самим протезом, куда именно ушли камни.
На крошку, похоже.
Там всё было в розовой пыли.
Я обошёл протез.
Ничего не понимал. Хмурился и всё равно не понимал. То, что кости были наполнены магическими накопителями, понятно. Только как камням смогли придать такую форму и способность залить пустоты в скелете?
Что она сделала? И главное, как?
И я… не мог взять в толк, как куча моих специалистов за год не смогли сделать ничего. Лишь проводили бесполезные операции, в то время как… она меньше чем за неделю сделала… это.
Закрыл протез покрывалом. Отчего-то я был уверен, что конкретно этот протез приживется. Стойкое ощущение.
Огляделся ещё раз. Стал перебирать бумаги и листы на её столе. Ничего о новом протезе не было. Была копия заявки на новую операцию.
Вышел, закрыл лабораторию. Римма стояла с подносом. Взял таблетку, запил водой.
— Лорд, к вам пришла леди Дрейкмор. Я… я проводила её в конференц- зал.
И что надо матери?
— Найди мне последний отчёт, сводку, что угодно о последней работе Лираэль в лаборатории.
— Конечно.
Я хмуро проводил взглядом секретаршу. Оперся на стену рукой, пережидая очередной приступ боли в теле.
Сжал зубы. Выдохнул. Оттолкнулся от стены.
Пора узнать, что хочет мать. Просто так она сюда не приходит. А раз деньги она просила не так давно, то причина в ином.
В чём тогда?
Глава 36
Вошёл в конференц-зал.
— У тебя тут замечательные картины Райдинского. Истинное наслаждение созерцать их.
Мать любила искусство и была ценителем.
— Согласен.
— Редкий талант. Сейчас такого не встретишь, — покачала головой.
Потом она подошла ко мне. Я оставил поцелуй на щеке, помог ей устроиться на стуле и сел напротив. Леди Элизабет Дрейкмор была элегантной и красивой женщиной, знающей себе цену. Никогда я не видел её без макияжа или идеально уложенных волос. Казалось, она уже просыпалась в таком виде.
— А что с твоим кабинетом?
— Ремонт.
