Предел риска

— Маленькая моя, — выдохнул Ажуров, его взгляд был полон удивления, ликования и эйфории.

— Я ведь говорила, что тот урод не смог, — сбивчиво пояснила Ядвига, но больше не успела сказать и слова.

Винтики в голове Степана окончательно рассыпались в мелкую стружку. Он хотел бы замедлиться, быть более нежным с ней, чутким, отзывчивым. Но он не мог. Потому что девчонка, которая сейчас, в это самое мгновение принадлежала ему, только ему одному, сводила его с ума, отключала все мыслительные процессы, заставляла жить только ею одной.

"Вполне возможно, если бы хоть кто-нибудь включил секундомер, взглянул на циферблат, то тут же Ажур был бы внесен в список самых несостоявшихся мужчин планеты. Но кому это сейчас нужно? Точно не Ядвиге, которая крепко вцепилась в чуть влажные от пота плечи Степана. Ее взгляд был невидящим, глупая улыбка удовольствия прочно приклеилась к губам. А дыхание все еще было рваным.

Ее ноги категорически отказывались расцепляться и выпускать Ажурова из плена. И он не возражал.

— Когда-нибудь я сдохну, — пообещал Степан.

— Я тебя воскрешу, не переживай, Кружавчик, — пообещала Ядвига, — Теперь я стала сексозависимая. Опять лечиться. Ужас. Мрак.

— Как ни крути, а я твое лекарство, — пробормотал Степан.

Наконец, у него появились силы, чтобы просто перевернуться набок и накрыть их разгоряченные и утомленные страстью тела.

— Хочешь есть? — спустя несколько минут, спросила Ядвига, помня, что ее мужчина был голоден.

— Хочу тебя, — пробормотал Степан.

Ядвига мило засмущалась, что заставило Ажура тихо рассмеяться. Все-таки румянец смущения был чем-то особенным, если речь шла об Избушкиной.

— Не веришь? — хмыкнул Степан.

По капельке сомнения, притаившейся в уголках глаз, Ажуров понял, не верила. Пришлось разубеждать.

Сдвинув их переплетенные пальцы ниже по своему животу к бедрам, Степан заставил девчонку ощутить все степень своей готовности.

— Мы же только что…. — пробормотала Ядвига. Несмотря на полученное удовольствие, между бедер остались неприятные ощущения. Не сказать, что было больно. Дискомфортно.

— Мне кажется, я не смог удивить и покорить тебя в прошлый раз, — пробормотал Степан, — Мое мужское самолюбие пострадало. Буду исправляться.

И с этими словами Ажуров подхватил свою девчонку на руки, прошел в ванную. Пока настраивал и регулировал воду, Ядвига стыдливо переступала с ноги на ногу.