Нет, ну, действительно, мастеру же видней, что дарить, а что нет! Его же никто о подарке не просил, и его не требовал! В принципе, я бы обошелся одним «спасибо» и этого было бы достаточно! Ну, и, конечно, чувства, что сделал действительно доброе дело!
Но отец, почему-то категорически не хочет брать эти клинки. Интересно, что в них такого?
— Мы не можем взять эти клинки! Я даже не буду говорить, что это дорого, я скажу, что, наверное, в нашем мире таких клинков больше нет! — неужели отец это серьезно? Что, получается, совсем уникальные клинки?
— Ну, — усмехнулся мастер, — таких, действительно, нет! Эти клинки сделаны для Раста, под его руку.
А вообще, такие клинки есть. Немного, сам понимаешь, но есть!
— Ага, ага! — как-то ядовито согласился с Гмалиным отец. — В коллекции каких-нибудь богачей-толстосумов или королей с императорами! Которые время от времени хвастаются гостям их наличием!
— Ну, это ты сильно преувеличил! — опять усмехнулся Гмалин. — Нет, есть и такие, как ты сказал, но есть и те, кто ими сражается!
— Хотел бы я на них посмотреть! — пробормотал отец.
— И все равно, — он упрямо гнул свою линию, — делать такие дорогие клинки парню, который еще растет и скоро из них вырастет…
— О! — обрадовался хозяин лавки. — А вот тут ты не прав! — он гордо обвел нас взглядом. — Видишь черные камни в навершии?
Отец кивнул, я — тоже.
— Так вот, чтоб ты знал, — выражение лица Гмалина сменилось, и он стал похож на учителя, даже указательный палец поднял, чтобы привлечь наше внимание, как всегда это делала Бирка, моя сестра.
И ей удалось меня к этому жесту приучить, так как я, увидев поднятый Гмалиным палец, оставил все размышления и приготовился его слушать самым внимательнейшим образом.
— Эти камни, пока они заряжены, а ты сам знаешь, что черные камни самые емкие, мечи будут подстраиваться под Раста, его руку, рост и вес. Немного, конечно, но я их сковал мальчику на вырост. Он сейчас ими пользоваться не сможет, именно поэтому здесь — третий меч.
Они ему станут по руке лет в шестнадцать-семнадцать. Вот тогда камни и начнут корректировать рукоять и баланс мечей.
— Погоди! — отец вдруг как-то подозрительно посмотрел на Гмалина. — Ты сказал, что ковал их сам?!
Тот кивнул головой и гордо задрал подбородок.
— Но… — О! А я думал, что отца потрясти больше, чем несколько минут назад, невозможно! Как же я ошибался! — Но ведь работать с синей сталью имеют право только…
И он потрясенно уставился на Гмалина.
