Преисподняя

На близком расстоянии было видно, что он не так уж молод. Но Князь Тьмы и не был молодым: ему было несколько тысяч лет. Впрочем, в его царстве тысяча лет равнялась дню. Сатана, Люцифер, ангел, восставший против Бога и низвергнутый с небес в преисподнюю. Таким и должен был быть Люцифер: с прекрасными чертами, но с отсветом зла в глазах.

Та картина Зла, которую создали люди, была ложной: Сатана был красив, прекрасен, как Божий ангел. Или, может быть, он менял облик по своему усмотрению? У него ведь было так много обликов — дракон, пес, змея… Он мог все.

— Где вы были все это время, с тех пор, как мы виделись последний раз? — спросила она.

Он слегка заволновался.

— Нет, простите, это глупый вопрос, — сказала она.

Он с облегчением вздохнул.

Но почему же он так долго не поднимался из преисподней? — хотелось ей спросить его. Хотя об этом и не нужно было спрашивать. Возможно, он не хотел рассказывать о своей жизни в ином мире.

— Маленькая лунная богиня, мой путь тоже лежит к востоку. Могу ли я предложить вам поехать вместе? Дороги не безопасны для одинокой дамы.

Суль грациозно наклонила голову.

— Благодарю за ваше предложение, господин. Но давайте перейдем на «ты», ведь мы уже встречались раньше.

Последние слова она произнесла многозначительным тоном, и его шутливая улыбка сказала ей, что он принимает её игру.

Это был самый красивый из всех мужчин, которых ей когда-либо приходилось видеть. Несмотря на глубокие борозды жизненного опыта на щеках, он был бесстыдно красив. Его голубые глаза сверкали, золотистые волосы волнами падали на плечи.

На висках была легкая седина, свидетельствующая о его возвышенных помыслах. Его «земной» возраст был примерно… около сорока. И никто не мог сказать, сколько тысяч лет ему было на самом деле.

Мурашки поползли у нее по спине, волосы на затылке встали дыбом: одно дело встретить его во время скачки на Блоксберг — это напоминало сновиденье и не имело никаких последствий, и совсем другое — сидеть напротив него в земном трактире и договариваться о совместной поездке!"

"Но если он был единственным существом, целиком и полностью понимающим ее, то почему же она так нервничает? Впрочем, ей пришлось признать, что во время ее путешествий в его царство между ними было больше общности и взаимопонимания.

Теперь же ей трудно было найти нужный тон, ей казалось, что оба они неохотно идут на сближение.

Через час они скакали друг за другом вдоль берега Гломмы, освещенные теплым осенним солнцем.