Преисподняя

Как тайком разрисовав цветами доску, она подарила ему ее в день рождения. Он долго разглядывал подарок.

— Очень мило с твоей стороны, Лив, в самом деле, очень мило. Красиво сделано, но…

— Но что? — боязливо спросила она.

— Думаю, тебе лучше заняться вышиванием, дитя. Женщине не пристало писать картины. Другое дело — великому, известному художнику. Мне нужно, чтобы моя маленькая жена занималась тем, для чего она создана. По-прежнему нет признаков того, что ты ждешь ребенка?

Лив покачала головой. Она чувствовала себя ни на что не годной.

Она не была способна даже на это. Бедный Лаурентс, как он был недоволен ею!

Но она не сомневалась в том, что он любит ее. Каждый день он орошал ее доказательствами этого. Ошибка его состояла лишь в том, что он считал ее своей собственностью."

"Она вспомнила, как однажды к ним пришли гости. Она беседовала с одним пожилым господином, и их разговор перешел в настоящий спор по поводу текущих событий — о перспективах развития нации и о том, что сделал для этого король. Лив была увлечена спором, пожилой интеллигентный господин интересным собеседником, они втянули в беседу всех собравшихся.

И тут она встретила взгляд Лаурентса. Он был в ярости! Кивком головы он велел ей оставить собравшихся, ей пришлось извиниться и уйти. В этот вечер он сказал ей все, что думает о женщинах, которые вмешиваются в мужские дела:

— Ты выставляешь себя на всеобщее посмешище! Не вбивай себе в голову, что ты можешь сравняться с мужчиной! Мне не нужна неженственная жена! Да, Лив, я вижу, мне предстоит большая работа.

Ты скрывала от меня многое. Я даже не подозревал, что ты так дурно воспитана. Но ты такая нежная и ласковая, ты мое любимое сокровище, так что нам удастся справиться с твоими дурными привычками, вот увидишь! Я помогу тебе, только не будь строптивой!

Конечно, она уже кое-чему научилась. И пока она делала то, что он хотел, все шло хорошо. Но как же трудно было постоянно сдерживать чувства, являющиеся частью ее личности!

Через неделю она снова забылась. Они были в гостях у одного коллеги Лаурентса, и, выйдя на улицу, Лаурентс сказал, что в этот вечер так ярко светится Сириус.

Не задумываясь, Лив поправила его, сказав, что так ярко светится не Сириус, а Денеб в созвездии Лебедя. В тот же вечер, когда они пришли домой, Лаурентс дважды ударил ее по щеке: она унизила его перед другими. Он точно знает, что это был Сириус! Что она вбила себе в голову? У Лив создалось впечатление, что Сириус — единственная звезда, которую он знал.