Прекрасные дьяволы

И он потребует возвращения к месту сдачи, так что у нас появится еще один шанс установить камеру там, где мы сможем получить какую-то информацию, которая приведет нас к личности Икса.

– Ну, это уже кое-что.

– Может, мне разбудить Рэнсома и ввести его в курс дела?

– Нет, просто скажи ему утром. Хоть кому-то из нас нужно нормально спать.

Мы обмениваемся взглядами, и я понимаю: Мэлис чувствует то же, что и я. Рэнсом вертится с нами в этом дерьме большую часть своего времени, но он не такой закаленный, как Мэлис, и не такой отстраненный, как я.

Мы хотим, чтобы так и оставалось.

– Так странно, – говорю я, наблюдая, как игла тату-пистолета движется быстрее, чем может уследить мой глаз, снова и снова втыкаясь в кожу Мэлиса.

– Странно размышлять о том, что будет, если нам удастся избавиться от Икса.

– Ага, – хмыкает Мэлис. – Станем заниматься той работой, которой хотим, и получим хоть какой-то гребаный контроль над собственными жизнями. Прикинь?

– У меня есть кое-какие планы. Я хочу расширить бизнес, сделать так, чтобы мы могли продолжать получать деньги, не имея дела с говнюками.

Думаю, могло бы получиться.

Я киваю. Это нетрудно представить. Рэнсом обладает харизмой, заставляющей людей постоянно возвращаться к нему, и компенсирует вспышки гнева Мэлиса, когда таковые случаются. Но в целом, мы все хороши в своем деле.

Но есть одна вещь, которая меня все же беспокоит.

– Я все думаю об Уиллоу, – признаюсь я. – И о будущем. У нее теперь совершенно новая жизнь. Она больше не та испуганная девочка, которую мы встретили в борделе.

По сравнению с тем, что ее бабушка уже дала ей и продолжит давать, что мы-то ей сможем предложить? Да, мы отвоевали себе маленькую территорию, кусочек Детройта, но мы явно не на верхушке пищевой цепи. Даже не близко. Что мы способны ей дать?

Мэлис останавливает тату-пистолет и смотрит на меня.

– Верность. Свободу. Место, где она может быть самой собой. Похоже, ей этого не хватало в жизни, так что, думаю, начало неплохое.

Я думаю о том, что она рассказала мне о своей приемной матери, и о том, как Мисти всегда лгала и манипулировала ею.

Возможно, в словах моего близнеца есть смысл.

Уиллоу не из тех, кто ставит материальные ценности выше человеческих.

Прежде чем я успеваю заговорить, входит Рэнсом, зевая и потирая один глаз.

– Ты забыл упомянуть об умопомрачительных оргазмах, – говорит он, ухмыляясь и присоединяясь к нашему разговору.

Мэлис издает смешок, приподнимая одно плечо.

– Думаю, это читалось между строк.